Автор: Аркуш

«И я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий. На другой день опять стоял Иоанн и двое из учеников его. И, увидев идущего Иисуса, сказал: вот Агнец Божий. Услышав от него сии слова, оба ученика пошли за Иисусом» (Иоан.1:34-37)

Здесь мы видим очень важную взаимосвязь между «видеть» и «свидетельствовать». Иоанн говорит, что он свидетельствует о том, что видел лично. В церквях часто звучит призыв идти в мир, чтобы «свидетельствовать о Христе». Но, к сожалению, во время таких свидетельств многие люди говорят не о своем личном опыте, а о том, что они где-то слышали или когда-то читали. К сожалению, часто личная духовная жизнь многих христиан бывает настолько скудной, что им просто не о чем свидетельствовать. Да, было какое-то восторженное чувство в момент покаяния, да, начало христианской жизни было наполнено событиями, желаниями, целями, стремлениями, но потом все, так сказать, пришло «в норму». Инерция плоти сделала свое дело, тяжелый шар, получив импульс кинетической энергии, немного покатился и остановился. Трудно свидетельствовать о действующей в нас «энергии», приводящей Церковь в движение, если движение в Духе стало достоянием прошлого. Надо твердо помнить, что нельзя свидетельствовать об исцелении, мирясь со своей собственной болезнью, нельзя свидетельствовать о победе над нуждой, едва сводя «концы с концами» и нельзя свидетельствовать о святости, живя в грехе. Мы видим опять Иоанна Крестителя, указывающего на Иисуса. Он наверняка хорошо понимал, что, свидетельствуя об Иисусе, он как бы предлагал своим ученикам оставить его самого и последовать за новым, более значительным Учителем. И все же он делал это. В Иоанне Крестителе не было ревности, он пришел призвать людей не к себе, а к Иисусу. Свидетельствуя о своих победах в Духе, будем помнить, что мы проповедуем не о себе, но своим свидетельством указываем людям на Иисуса Помазанника.

«Иоанн сказал им в ответ: я крещу в воде; но стоит среди вас [Некто], Которого вы не знаете. Он-то Идущий за мною, но Который стал впереди меня. Я недостоин развязать ремень у обуви Его» (Иоан.1:26,27)

В Ефесе Павел встретил несколько человек, которые были крещены крещением Иоанновым (см. Деян.19:6), что же это было за крещение? Считалось обычной практикой, когда уверовавшие язычники принимали иудаизм через крещение и обрезание. Ну, а какое значение имело крещение Иоанна, который призывал креститься не язычников, а иудеев, считавших, что крещение от руки человеческой вовсе им не требуется? Иоанн же своей проповедью заставлял иудеев делать то, что должны были делать только язычники: то есть он полагал, что иудеям — избранному народу — тоже нужно очиститься. Иоанн проповедовал с дерзновением, в его словах слышалась угроза. А проповедь Иисуса была Радостной вестью. Поэтому проповедь Иоанна являлась лишь ступенью на пути. Он сам знал, что только предваряет путь Идущему за ним (см. Мф. 3:11; Лк. 3:16). Отсюда этот образ с развязыванием ремня обуви, что считалось чисто рабской работой. У раввинов была пословица, что ученик может делать для учителя все, что делает слуга, но он не должен развязывать ему обувь. Это была уже слишком низкая работа даже для ученика. Таким образом, суть проповеди Иоанна Крестителя выражалась в следующих основных мыслях: «Идет Некто, Которого даже рабом я недостоин быть. Царь грядет, и потому вы должны быть очищены так же, как и всякий язычник. Приготовьтесь к тому, что Царь войдет в каждую жизнь». Иоанн имел ведение от Бога, что Царь идет, но он не имел Царского послания, Радостной вести — Евангелия. Есть хорошее сравнение: «быть по-царски щедрым». Раб не может быть щедрым – это право Царя! И как царь выше раба, так и Евангельская проповедь, основанная на благодати, выше проповедей, основанных на угрозах и страхе. Помните о том, что мы призваны вдохновлять людей, как посланники Евангелия, а не запугивать их!

«И вот свидетельство Иоанна. Когда еврейские власти послали из Иерусалима священников и левитов спросить у него, кто он такой, Иоанн не уклонился от ответа и прямо заявил: — Я не Помазанник. — Кто же ты тогда? — спросили они. — Ты Илья? — Нет. — Ты пророк? — Нет. — Кто же ты? — продолжали они спрашивать. — Мы должны дать ответ тем, кто нас послал. Кем ты сам себя называешь? — Я, как сказал пророк Исайя, “голос глашатая в пустыне: “Проложите прямой путь Господу!”» (Иоан.1:19-23Р.В.)

У Иудеев имелось верование, согласно которому, Илия это некий посредник между небом и землею, являющийся в человеческом виде благочестивым людям на земле. Замечательное пророчество об Илии находится у Малахии (4:5,6): «Вот Я пошлю к вам Илию пророка, пред наступлением дня Господня, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием». Поскольку Иоанн Креститель с дерзновением проповедовал о грядущем Мессии, иудеи решили, что он, возможно, и есть Илия, чем и объясняется их вопрос. Иоанн ответил, что он не Илия. Хотя он пророчествовал в духе и силе Илии, и поэтому евангельское повествование прямо и определенно называет Иоанна именем Илии (см. Мф. 17:10-12), — сам он мог и не осознавать этого. Иоанн не был ни Мессией, ни пророком, как он сам сказал об этом, но какова же тогда была его роль и задача? Он был лишь голосом, призывающим людей подготовить путь Господу. Это цитата из Ис. 40:3. Смысл ее таков. На древнем Востоке не было мостовых, там были обычные грунтовые дороги. Когда царь должен был посетить свою провинцию, дороги приводили в порядок, уравнивая все кривизны и извилины. Иоанн Креститель, собственно, говорил: «Я лишь голос, возвещающий вам, чтобы вы подготовились к прибытию Царя, Он уже в пути». Этот призыв так актуален и сегодня! Иоанн Креститель является прекрасным примером для проповедников: меньше всего он хотел, чтобы люди смотрели на него — он хотел, чтобы они забыли его и видели только грядущего Царя.

«И Слово стало плотию…» (Иоан.1:14)

Воплощение Слова было и остается самым великим чудом среди всех чудес, когда-либо явленных людям. Слово, которое в начале было у Бога и было Бог, стало Человеком по имени Иисус. Иоанн написал, что Слово стало «sark», то есть плотью. Ну, а Павел очень часто употребляет слово «sark» для обозначения низменной человеческой природы со всеми ее слабостями и склонностью грешить. Сама мысль употребить слово плоть по отношению к Богу ошеломляла. И потому в Церкви появились люди, которых называли докетистами. Греческое «dokeyn» означает кажущийся существующим. Эти люди считали, что Иисус был лишь иллюзией, призраком, что Его человеческое тело не было реальным телом, что в действительности Он не мог ощущать голод, усталость, печаль и боль, что на самом деле Он, якобы, был бестелесным духом, хотя и казался человеком. Именно об этих людях Иоанн написал в своем Первом послании, используя следующие выражения: «Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста» (1Иоан.4:2,3). Совершенно очевидно, что эта ересь явилась порождением своего рода ложного благоговения, отказывающегося признать, что Иисус действительно и воистину был человеком. И сегодня христиане, говоря о Божественности Иисуса, склонны забывать, что Он был человеком в полном смысле этого слова. В Иисусе явилось животворящее Слово Божье, направляющий Разум Божий, воплощенный в человека. В Иисусе мы видим, как прожил земную жизнь Бог, став человеком. Все это дало Павлу право написать: «Итак, подражайте Богу, как чада возлюбленные» (Еф.5:1). Мы можем подражать Богу, глядя на Иисуса. Поэтому станьте подражателями Иисуса Помазанника в словах, а значит и делах. И вы увидите, как Слава Божья будет заполнять этот несовершенный мир вокруг вас.

«Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн. Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали чрез него. Он не был свет, но [был послан], чтобы свидетельствовать о Свете. Был Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир. В мире был, и мир чрез Него начал быть, и мир Его не познал. Пришел к своим, и свои Его не приняли» (Иоан.1:6-11)

Иоанн Креститель, о котором здесь идет речь, был пророком. В течение целых четырех столетий не было пророчества в Израиле, и когда зазвучал голос Иоанна, некоторые люди были так восхищены им, что отводили Иоанну более высокое место, чем следовало. И потому евангелист подчеркивает, что Иоанн Креститель, хотя и занимавший довольно высокое положение в планах Божьих, не был свет, но его пророческим поручением было свидетельство о Свете (1:8). И в наше время часто случается, что люди почитают проповедника больше, чем Христа, и сейчас глаза людей иногда больше обращены на вестника, чем на Царя, посланником Которого тот является. Истинный Свет – это Помазанник – Мессия, воплощенное Божье Слово, в Котором – жизнь и Которым был сотворен мир. Он пришел к людям, но, как написано, они не узнали Его, и поэтому не приняли. Он относился к ним, как к своим, но они не прияли Его, потому что уже давно были сами не свои. Грех настолько поработил людей, что они своим привычным состоянием считали пребывание во тьме, а не во Свете. Прошли многие столетия, но мир по-прежнему не признает Помазанника. Слова Евангелия по-прежнему звучат для человеческого уха странно и неприемлемо. Посланников Света гонят, подобно их Учителю, а Послание Света называют лишь одной из точек зрения. Но с другой стороны, Свет, придя в мир, все эти годы светит людям, изменяя их жизни и ведя их к спасению. И, возможно, сегодня как никогда актуально звучат слова: «Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света» (Рим.13:12).