Автор: Аркуш

«Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием» (Мар.14:25)

В пересказе слов Иисуса, записанном у Матфея, есть одна очень важная деталь, отсутствующая у Марка: «… до того дня, когда буду пить с вами новое [вино] в Царстве Отца Моего» (Матф.26:29). Это, в свою очередь отсылает нас к тексту Евангелия от Луки, где написано: «Я завещаваю вам, как завещал Мне Отец Мой, Царство, да ядите и пиете за трапезою Моею в Царстве Моем» (Лук.22:29, 30). Ясно, что та пасхальная праздничная трапеза, в которой участвовал Иисус со своими учениками, была для Иисуса последней на земле. И чаша, которую Он разделял с учениками, была Его последней земной чашей. Иисус подводил черту Своего земного пребывания и уже говорил ученикам о какой-то новой трапезе, которая должна состояться, когда они смогут собраться за столом в другом месте и по совершенно другому поводу. Евреи пили разбавленное вино почти с каждой едой. Такое вино пили даже дети и девочки (Плач 2:12; Зах 9:17). Пить же неразбавленное вино считалось пьянством. Вино наряду с хлебом играло важнейшую роль в жизни людей. Участники пасхальной трапезы выпивали четыре чаши вина. Чаша была чуть больше четверти литра, причем вино и воду смешивали в пропорции 3:2. Четыре чаши, которые выпивали на определенных этапах праздника, должны были напоминать им о четырех обещаниях в Исх. 6:6,7: «Я выведу вас из-под ига Египтян, И избавлю вас от рабства их, И спасу вас мышцею простертою и судами великими. И приму вас к Себе в народ и буду вам Богом». Пока мы можем себе лишь представить радостную атмосферу той трапезы, где Иисус, будет за столом со Своей Церковью. Это будет трапеза победителей! Задумайтесь еще раз над этими словами: «Я выведу вас из-под ига, Я избавлю вас от рабства, Я спасу Вас, я приму вас Себе в народ и буду вам Богом». Аминь.

«И, взяв чашу, благодарив, подал им: и пили из нее все. И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая» (Мар.14:23,24)

Жертва за грех приносилась не ради тела животного, а ради крови, потому что именно кровь является символом искупления, прощения: «без пролития крови не бывает прощения»  (Евр.9:22). При заключении же завета кровь имела другое значение. Вступающие в завет стороны стояли буквально на крови, между двумя половинами рассеченного пополам тела животного, когда произносили свои обещания, составлявшие условия завета. Поэтому такой завет назывался заветом на крови. Кровь Иисуса проливалась для двух целей: во искупление грехов; и как Кровь Нового Завета, которая позволила человечеству вступить в новые отношения с Богом – в отношения благодати. Евангельские истины становятся более понятными, если размышлять о них в терминах завета на крови. Например, в момент вступления в завет стороны символически обменивались именами. Это дает нам ключ к пониманию таких обещаний Нового Завета, как: «именем Моим будут изгонять бесов» (Мар.16:17), а также «и чего попросите у Отца от Имени Моего, то сделаю» (см. Иоан.14:13). Стороны также символически обменивались одеждой. И это для нас имеет колоссальное значение, потому что Иисус снял с Себя одежду праведника и оделся в одежду грешного человечества. И как следствие: «Христос … пострадал за грехи наши, праведник за неправедных» (1Пет.3:18). С другой стороны, люди получили возможность верой облекаться в одежду праведника, хотя эта одежда и не принадлежит нам. Итак, благодаря Крови Иисуса Помазанника, мы имеем искупление и прощение грехов. Его Кровь также  дает людям возможность вступить с Богом в Завет на Крови — Новый Завет, который делает нас сонаследниками Иисуса. Его  Бог воскресил из мертвых и посадил одесную Себя на небесах. И поскольку наши имена сокрыты в Имени Иисуса, Его Церковь находится там же, где и Он, то есть по правую руку от Бога, на престоле, где сосредоточена вся мощь Божьей власти.

«… взяв хлеб … преломил» (Мар.14:22)

Тело Иисуса было избрано для искупления человечества. Но само искупление было сопряжено со страданиями. Об этом нам напоминает преломление хлеба. Хлеб ломают безжалостно. И никто не испытывал сострадания и жалости к жертвенным животным. И при заключении кровного завета тела животных должны были быть рассечены. Поэтому особенная трогательность того момента не в страданиях жертвы, а в том, что Сама Жертва предрекает Свои страдания. Сколько мужества, ответственности и любви есть в том моменте, когда Иисус преломляет хлеб! В нем непоколебимость Отца в Его желании спасти Своих горячо любимых, хотя и заблудившихся детей! Мы должны брать пример с Бога в ответственности за своих детей! И как порой безответственно ведут себя родители, стремясь поскорее вытолкнуть своих детей в мир, не считая себя обязанными заботиться о том, что там будет с ними!? И как далеки от истины суждения тех людей, которые представляют Бога верховным судьей, который безучастно взирает свыше на людей, безуспешно пытающихся выпутаться из клубка бед и проблем?! Почему люди так думают о Боге? Не потому ли, что сами они боятся ответственности за своих детей, не имеют веры, чтобы отстаивать их здоровье, счастье, закладывать основы их материального благополучия, и, наконец, чтобы отвоевывать их у мира для Божьего Царства. Но вернемся к мысли о страданиях. Еще до пленения Иисуса тело Его едва выдерживало борение Духа, которое происходило внутри. Потом Иисус был подвергнут жестоким истязаниям и распят. Он перенес много физической боли. И именно так осуществилось древнее пророчество: «Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; … Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего [было] на Нем, и ранами Его мы исцелились» (Ис.53:4,5). Поэтому в Его страданиях – наше прощение, наше спасение и наше здоровье.

«И когда они ели, Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: приимите, ядите; сие есть Тело Мое» (Мар.14:22)

Мы подошли к моменту, который можно справедливо назвать оглашением условий Завета. Священная трапеза Нового Завета органически связана со священной ветхозаветной трапезой, и, можно сказать, вырастает из нее. Иисус берет два составляющих элемента пасхальной трапезы — пресный хлеб и вино (другими обязательными блюдами пасхального стола, как уже упоминалось выше, были горькие травы, специальный соус-пюре и ягненок), — чтобы использовать их в качестве образов Нового Завета – Завета искупления грехов человечества (см. Евр.10:16,17). Для заключения завета нужно было тело. При заключении кровного завета с Авраамом, как описано в 15 главе кн. Бытие, были использованы тела трехлетней телицы, трехлетней козы, трехлетнего овна, горлицы и молодого голубя (см. Быт.15:9). Но для заключения Нового Завета тела животных не могли быть использованы, поскольку они были несовершенными жертвами, которые никогда не могут истребить грехов (см. Евр.10:11). Нужна была совершенная жертва, которая навсегда бы сделала совершенными освящаемых (см. Евр.10:14). И этим совершенным жертвенным Телом становилось Тело Иисуса — Помазанника. Тело Иисуса было совершенной жертвой не потому, что – это было человеческое тело. Дело здесь не в том, что Бог не мог более удовлетворяться телами животных, и Ему нужно было человеческое тело. Строго говоря, Тело Иисуса не было человеческим телом, но Телом Бога во плоти. Потому-то Тело Иисуса и было совершенной жертвой, что ответственность и наказание за грех Бог снял с творения и возложил  на Тело Иисуса. А это значит, что Бог перед всем материальным и духовным миром взял ответственность за падение человека на Себя. Подумайте сегодня о том, как высоки стандарты Божьей Любви и Божьей справедливости.

«Он же сказал им в ответ: один из двенадцати, обмакивающий со Мною в блюдо. Впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем; но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы тому человеку не родиться» (Мар.14:20,21)

Иисус заранее предупреждает Иуду о последствиях его скрытого замысла. Иисус, несомненно, мог остановить Иуду. Ему стоило лишь сказать остальным одиннадцати ученикам, что Иуда задумал, и тот не вышел бы живым из комнаты. Но почему же Иисус не остановил Иуду? Дело в том, что Бог дал нам свободу воли. Его Любовь взывает к нам; Его истина предостерегает нас, но Он не принуждает нас. Человек может отвергнуть Любовь Божью и игнорировать Его предостережения. Поэтому только мы сами несем ответственность за наши грехи. В греческом мифе говорится о том, как два путника умудрились проплыть мимо скалы, на которой пели сирены. Сирены сидели на скале и пели так сладко, что заманивали мореплавателей на верную гибель. Однако Одиссей с командой проплыл мимо скалы. Для этого Одиссей заткнул матросам уши, чтобы они не слышали пения. Себя же он приказал привязать к мачте и не отвязывать, сколько бы он ни рвался. Одиссей выдержал, применив к себе и к членам своей команды сознательные ограничения. Он был свободен ничем себя не ограничивать, но тогда погибель была бы неминуема. В этом первый урок. Сознательные ограничения необходимы, если мы хотим устоять против соблазнов. Другим мореплавателем, проплывшим мимо острова сирен, был Орфей, великолепный музыкант и певец. Он применил другой метод. Проплывая мимо острова Орфей пел столь сладко и нежно, что моряки, слушая его пение, даже не почувствовали сладости пения сирен. Соблазну он противопоставил нечто более совершенное. В этом второй урок. Бог влечет людей Своей Любовью, и Его голос звучит для нас слаще и настойчивее любого голоса, могущего отвести нас от Бога. Трагедия же людей этого мира в том, что они хотят жить без всяких ограничений, оставаясь глухими к голосу Божьей Любви.