Автор: Аркуш

«За Иисусом следовали Симон Петр и другой ученик; ученик же сей был знаком первосвященнику и вошел с Иисусом во двор первосвященнический. А Петр стоял вне за дверями. Потом другой ученик, который был знаком первосвященнику, вышел, и сказал придвернице, и ввел Петра. Тут раба придверница говорит Петру: и ты не из учеников ли Этого Человека? Он сказал: нет. Между тем рабы и служители, разведя огонь, потому что было холодно, стояли и грелись. Петр также стоял с ними и грелся» (Иоан.18:15-18)

Петр стоял в духовном оцепенении у костра. Он не имел навыка духовного противостояния злу, хотя Иисус учил этому Своих учеников (в частности говоря: «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение» см. Матф.26:41, Мар.14:38, Лук.22:40, Лук.22:46) и потому Петр просто бездействовал. Очень важно помнить, что когда человек бездействует и не противостоит духовному давлению зла, дьявол продолжает атаки, надеясь добить его до конца. Никому еще не удавалось избавиться от атак дьявола, закрывшись в своем доме или уехав на дачу, — дьявол выберет момент и нанесет очередной удар. И то, что случилось с Петром, было именно результатом атаки дьявола. Нигде не написано, что служанка задала свой вопрос подозрительным или угрожающим тоном, говорящим о её намерениях. Скорее всего, она не желала причинить Петру ничего плохого. В пользу этой мысли говорит и то, что раба придверница впустила Петра, как друга Иоанна, который в свою очередь был дальним родственником Анны. Трудно поверить, что Иоанну удавалось сохранить в тайне свои отношения с Иисусом. Однако он ничего не боялся, и в доме Анны его никто не преследовал. Скорее всего, служанка, уважавшая Иоанна, просто полюбопытствовала: «И ты один из них?» Если бы это было не так, и вообще кому-то здесь было дело до Петра, то служанка, независимо от ответа, подняла бы шум и его бы арестовали для разбирательства. Однако страх сделал свое дело, а через страх дьявол заставил Петра увидеть в ней угрозу. Поэтому Петр, будучи не в силах совладать со страхом, отрекся в первый раз. Помните, страх  это орудие сатаны, при помощи которого, дьявол заставляет нас видеть в других людях угрозу, сея неприязнь, недоверие и вражду.

«и отвели Его сперва к Анне, ибо он был тесть Каиафе, который был на тот год первосвященником. Это был Каиафа, который подал совет Иудеям, что лучше одному человеку умереть за народ» (Иоан.18:13,14)

Иисуса вначале привели к Анне, который был единственным человеком, обладавшим всей полнотой религиозной власти, хотя и закулисно. Сам он был первосвященником от 6 до 15 года. Но затем первосвященниками были четыре его сына, а Каиафа был его зятем. В прошлом первосвященники служили пожизненно, но со времени установления оккупационной власти Рима, эту должность стали занимать те, кто мог больше заплатить и был готов на сотрудничество с римским наместником. Семья Анны обладала несметными богатствами, и все ее члены постепенно пробились вверх путем интриг и взяток. Сам метод Анны добывания денег был позорным, поскольку он зарабатывал путем жульнической храмовой торговли. Во дворе язычников при Храме находились лавки торговцев жертвенными животными, которых в свое время разогнал Иисус. На основании того, что каждая жертва должна была быть без порока, при Храме существовала коррумпированная система контроля, истинной целью которой было не допустить в Храм ни одно животное, приобретенное вне стен Храма. Лавки храмовой торговли, где животные для жертвоприношений продавались в десятки раз дороже, были собственностью семьи Анны. Зная это, народ ненавидел Его и все его семейство. Свидетельством этому служит Талмуд, где сохранились такие слова: «Горе дому Анны. Горе их змеиному шипению! Они — первосвященники, их сыновья — казначеи, их зятья — охранники Храма, их слуги бьют народ палками». Понятно, почему именно к Анне Иисуса привели в первую очередь. Ведь Иисус посягнул на его законное имущество. Он разогнал торговцев жертвенными животными и тем самым поразил Анну в самое больное место — в его кошелек! Анна хотел первым позлорадствовать при поимке Иисуса. Таким образом, забота Каиафы о народе была лишь предлогом, а истинная причина убийства Иисуса была в том, что Он противостал коррумпированной системе местных правителей. В том же самом чаще всего состоит причина современных гонений на христиан, которые являются совестью общества.

«Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо. Имя рабу было Малх. Но Иисус сказал Петру: вложи меч в ножны; неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец? Тогда воины и тысяченачальник и служители Иудейские взяли Иисуса и связали Его» (Иоан.18:10-12)

Иоанн не пишет о молитве Иисуса в Гефсиманском саду, но мы имеем всю Библию и возможность рассматривать события,  описанные в ней, в полном контексте этой книги. Итак, у Марка мы читаем, что Иисус во время молитвы сказал Отцу: «не чего Я хочу, а чего Ты». Эта фраза ознаменовала окончание Его колебаний, в Иисусе поднялся Дух, стала укрепляться вера, а плоть ослабила свое давление. Возможно, многим это ощущение знакомо, оно проявляется как облегчение, когда возвращается самообладание, мысли перестают беспорядочно метаться, и приходит решимость, то есть смелость, готовность осуществить свое решение. И хотя поведение учеников, спящих во время Его молитвы, явно огорчило Иисуса, это не помешало Ему затем еще раз решительно повторить «то же слово» (см. Мар.14:36-39). Молитва Иисуса хронологически предшествовала моменту ареста, но именно после этих заключительных слов к Иисусу пришла решимость выпить чашу, которую дал Ему Отец, положить душу Свою за друзей Своих (см. Иоан.15:13), выйти навстречу отряду и выступить в защиту Своих учеников. Не нужно путать решимость с решительностью. Решительность – это свойство характера решительных личностей. В то время как решимость бывает, порой, присуща даже робким людям. Решительности Петра хватило только на то, чтобы отрубить ухо рабу. А решимость Иисуса помогла Ему дойти до конца, несмотря на физические и духовные страдания. Решимость – это духовное состояние, родственное вере. С древних времен боевой дух войска поднимали при помощи громких восклицаний, о чем есть упоминания в  Библии (см. например 1Цар.17:20). Когда человек произносит решительные фразы, решительным тоном, а еще лучше громко восклицает, когда он слышит свой голос и голоса других людей – это поднимает в нем решимость.

«Опять спросил их: кого ищете? Они сказали: Иисуса Назорея. Иисус отвечал: Я сказал вам, что это Я; итак, если Меня ищете, оставьте их, пусть идут, да сбудется слово, реченное Им: из тех, которых Ты Мне дал, Я не погубил никого» (Иоан.18:7-9)

Мы уже говорили о том, что всякий человек, являющийся учеником Иисуса, находится под угрозой агрессии со стороны мировой системы. Безусловно, Иисус знал о каждой конкретной опасности, нависшей над Его спутниками, и неоднократно, буквально, спасал их от смерти. Иисус хранил Своих учеников от всех опасностей, невидимых для них. Они даже не знали, что им грозит опасность, а Он предвидел её и спасал их, пользуясь властью от имени Отца (см. Иоан.17:12). Угроза смерти приходит не только зримо от людей с мечами и копьями, но и от невидимых глазу духовных сил зла. Накануне ареста Иисуса в духовном мире невидимо для учеников решалась их судьба: сатана просил, чтобы сеять их как пшеницу, но Иисус молился, противостоя сатане (см. Лук.22:31,32). А теперь друзьям Иисуса грозила физическая расправа. Время тихих молитв кончилось. Настало время действовать. Настало время, когда зло  восстало на добро в зримом мире. В такие мгновения, часы, дни и годы, от людей требуются решительные поступки и практическое мужество. И в поведении Иисуса мы видим настоящий пример мужества. Он не стал прятаться за спины учеников и не послал их в бой за Себя, но мужественно вышел вперед навстречу врагам. Иисус не просил их о милости для Себя, Он знал, что не может рассчитывать на милость со стороны правителей зла. Он просил только о Своих учениках, Иисус хотел, чтобы никто из них не пострадал. Да, молитва  это мощное и совершенно необходимое средство, изменяющее внешние обстоятельства вокруг нас. Но мы должны помнить, что очень часто от нас требуются дела, где проявляется вера, любовь, сила духа и настоящее мужество. Мы не должны бояться открытого противостояния силам зла, когда этого от нас требуют обстоятельства.

«Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я. Стоял же с ними и Иуда, предатель Его. И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю» (Иоан.18:4-6)

Давайте сегодня обратим внимание на поведение тех, кто пришел в сад, чтобы арестовать Иисуса. Это были воины и служители старших священников и фарисеев. То есть люди простые и не сильно искушенные в религии. Перед этим отрядом, пришедшим под водительством Иуды, стояла, на первый взгляд, несоразмерно простая задача: арестовать всего лишь одного человека. Однако эта задача могла оказаться для них невыполнимой, по крайней мере, по двум причинам. Во-первых, Иисус мог находиться в окружении людей, следовавших за ним повсюду. Эти люди могли оказать отряду сопротивление. Во-вторых, отряд мог оказаться под влиянием Иисуса и даже стать на Его сторону. Однажды служители, посланные схватить Иисуса, уже вернулись ни с чем, услышав проповедь Иисуса (см. Иоан.7:32 и Иоан.7:45,46). Может быть,  поэтому на этот раз отряд был усилен воинами. Вероятно также, что состав отряда был тщательно отобран таким образом, что эти люди не имели прежде личных контактов с Иисусом, чтобы исключить возможность лояльности кого-либо из посланных по отношению к Нему. Этим объясняется необходимость в поцелуе Иуды. Итак, никто из пришедших арестовать Иисуса, не знал Его лично, но это не значит, что они также ничего не слышали о Нем и о делах, которые совершал Иисус. И здесь мы узнаем о третьей причине, по которой миссия отряда могла оказаться невыполнимой – это сверхъестественный отпор Иисуса. Именно этим и был вызван их испуг. Они думали, что сейчас Иисус сделает что-либо похожее на то, что сделал Илия с двумя пятидесятниками и их пятидесятками (4Цар.1:9-14). И Иисус действительно мог это сделать, но не сделал. Задумайтесь, почему? Христиане не бессильны. Мы обладаем огромной властью, но дело Божье вершится нами не тогда, когда мы применяем нашу власть против людей, но когда мы соглашаемся быть бессильными ради людей.