Христианская психология, притчи и духовные размышления

««Пилат, услышав это слово, вывел вон Иисуса и сел на судилище, на месте, называемом Лифостротон, а по-еврейски Гаввафа. Тогда была пятница перед Пасхою, и час шестый. И сказал [Пилат] Иудеям: се, Царь ваш! Но они закричали: возьми, возьми, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря. Тогда наконец он предал Его им на распятие. И взяли Иисуса и повели» (Иоан.19:13-16)

В римском обществе высоко ценились доблесть и отвага. И даже, несмотря на то, что Пилат в тот момент был больше администратором, чем воином, он наверняка шел к своему положению, не раз участвуя в серьезных сражениях. Поэтому Пилата не так легко было сломить. Он опять предпринимает контратаку: «Так это ваш царь, или нет?», — спрашивает Пилат. Те ничего не хотят слушать, они жаждут смерти Иисуса, и Пилат повторяет вопрос: «Тот, кого я распну, кто Он? Ваш царь или нет?» И лидеры еврейского народа в ответ сказали слова, которые являются настоящим святотатством, оскорблением Бога и унижением национального достоинства евреев. Они стали кричать: «Нет у нас царя, кроме кесаря», имея в виду римского императора. Библия свидетельствует о том, что появление института царской власти у евреев было отступничеством этого народа от Бога, Который и был Царем у Израиля (см. 1Цар.8:7). Но даже, несмотря на то, что евреи отвергли Бога, чтобы Он не царствовал над ними, цари над Израилем все равно считались Божьими помазанниками, и их авторитет основывался на авторитете Бога. Но не так обстояло дело с римским императором, он был владыкой угнетателей еврейского народа. Ни одному патриоту не пришло бы в голову назвать римского императора Божьим помазанником. Да, войдя в раж, религиозные лидеры евреев посрывали с себя патриотические маски. Их царем действительно был римский император, а не Бог, а для евреев это означало только одно: эти люди не признавали власти Бога! А беда в итоге постигла весь народ. Помните, горе любому народу, будь то, государство, или церковь, который считает своими царями безбожных земных правителей, а не Бога!

«Иисус отвечал: ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше; посему более греха на том, кто предал Меня тебе. С этого [времени] Пилат искал отпустить Его. Иудеи же кричали: если отпустишь Его, ты не друг кесарю; всякий, делающий себя царем, противник кесарю» (Иоан.19:11,12)

Иисус ясно дал понять Пилату, что Его смерть и жизнь не зависят от воли людей. Никакая земная власть не могла отнять у Него жизнь, если бы на это не было воли верховной власти Бога. Пилат с гордостью полагал, что имеет власть отпустить или распять Иисуса. Но Иисус поставил Пилата на место, ответив, что тот не имел бы никакой власти над Ним, если бы ему это не было дано свыше, то есть от Бога. Итак, Иисус преподал Пилату очень важный урок, который, надо полагать, еще больше испугал и поразил его. Опасения Пилата подтвердились: «Этот человек имеет непосредственное отношение к власти свыше!» Выбора не было, Пилат почувствовал всем сердцем, что должен освободить Иисуса и стал напряженно искать малейшую возможность, чтобы сделать это. Не написано, что именно он предпринимал. В повествовании Иоанна время как бы замирает здесь. Так часто бывает в ответственные минуты нашей жизни, когда, несмотря на то, что мы делаем много дел, кажется, что время совсем не движется. Когда за считанные доли секунды мы успеваем обдумать план действий и привести его в исполнение. Когда в мгновение ока перед нами пролетает вся жизнь. Похоже, что Пилат прошел через нечто подобное, и что бы он не предпринял за это время, противники Иисуса поняли его намерения и перешли в решительное наступление, обвинив Пилата в склонности к государственной измене. И Пилат дрогнул. Впрочем, Иисус Сам подсказал ему путь к отступлению, подчеркнув, что Пилат не должен полностью нести на себе вину за Его казнь, потому что подлинными убийцами были религиозные лидеры иудеев. Итак, распятие Христа от начала до конца не выглядело как случай с человеком, который оказался в безвыходном положении, где от него уже ничего не зависело. Это был случай с Человеком, последние дни Которого были победоносным шествием к цели – искуплению человечества.

«И опять вошел в преторию и сказал Иисусу: откуда Ты? Но Иисус не дал ему ответа. Пилат говорит Ему: мне ли не отвечаешь? не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя?» (Иоан.19:9,10)

Вчера мы закончили наши рассуждения на том, что человек, испытывающий страх Господень, находится в преддверии мудрости. Когда Пилат услышал, что Иисус называет Себя Сыном Божьим, он испугался, что тут может быть доля правды. Пилат не имел мужества принять решение в пользу Иисуса из страха перед иудеями, но также боялся решать и против Него, потому что в глубине сердца подозревал, что Бог имеет какое-то отношение к Иисусу. Итак, очевидно, что Пилат боялся Бога, и это отрыло Пилату путь к Его познанию. Поэтому Пилат поступил совершенно правильно, когда стал задавать Иисусу свои вопросы. Ему хотелось знать, откуда пришел Иисус, и он имел в виду не только место Его рождения. Но почему же тогда Иисус не отвечал Пилату? Иисус часто не удостаивал людей ответами. Он молчал перед первосвященником (Мат. 26:63; Мар. 14:61). Он молчал перед Иродом (Лук. 23:9). Он молчал, когда иудейские начальники жаловались на Него Пилату (Мат. 27:14; Мар. 15:5). Вероятно, многие из нас сами оказывались в таком положении, когда в разговоре с людьми споры и рассуждения становятся просто бесполезными и ненужными, потому что мы, как бы говорим с этими людьми на разных языках. Страх Господень – это только начало мудрости, а дальше человеку предстоит очень многому научиться. И один из первых уроков состоит в том, что для Бога неприемлем человек с гордостью в сердце. Язык гордости – это абсолютно чуждый для Бога язык. А Пилат был гордым человеком. Ему бы пасть перед Иисусом на колени и просить Его о пощаде, как тот грешник, распятый рядом с Иисусом. Но вместо этого Пилат горделиво начал выговаривать Иисусу: «Мне ли не отвечаешь? Не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя?» Страшно, когда Иисус не говорит с человеком, потому что его ум заблокирован гордостью и своеволием. Поэтому боритесь с любым проявлением гордости в своем сердце.

«Пилат говорит им: возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины. Иудеи отвечали ему: мы имеем закон, и по закону нашему Он должен умереть, потому что сделал Себя Сыном Божиим. Пилат, услышав это слово, больше убоялся» (Иоан.19:6-8)

Пилат велел бить Иисуса, рассчитывая, по-видимому, что это удовлетворит начальствующих иудеев или хотя бы притупит остроту их враждебности к Иисусу. Но зло никогда не удовлетворится компромиссом в отношении Иисуса Помазанника, оно всегда идет до конца, понимая, что в имени Иисуса содержится погибель для него. Далее, Пилат решил апеллировать к совести и состраданию противников Иисуса. Он вывел Его избитого и показал Иисуса народу. Но обезумевшие в своей ненависти священники только еще более рассвирепели. Теперь Пилат предпринимает попытку избавиться от ответственности, говоря иудейским начальникам: «Возьмите Его вы, и распните». Он хотел уклониться от ответственности в деле Иисуса, но это именно то, чего ни один человек не может сделать. Никто не может решить за нас, как нам поступать в отношении Иисуса. Ни один человек, слышавший об Иисусе, не может избежать личного решения в отношении Него. Когда Пилат услышал очередной аргумент религиозных лидеров, обвиняющих Иисуса в том, что Он объявил Себя Сыном Божьим, его пронзил страх: «А что, если это действительно какой-то необычный человек?». Тем более и жена Пилата предупреждала его, говоря: «не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него» (Матф.27:19). Ах, как людям не хватает этого самого страха. Им бы задуматься: «А что, если Иисус действительно Сын Божий, распятый за грехи людей? А что, если без веры в Него действительно нет прощения? А что, если все, что написано о Нем в Библии действительно истина?», — и испугаться: «Если все это действительно так, тогда куда же я иду, не веруя в Него?» Знайте, человек, способный испытать страх, задумываясь о вопросах вечности, находится на правильном пути, потому что для него открывается путь к познанию Божьей истины (см. Прит.1:7).

«Когда же увидели Его первосвященники и служители, то закричали: распни, распни Его!» (Иоан.19:6)

Ненависть — активное чувство недовольства; зависть — пассивное. Нечего удивляться тому, что зависть быстро переходит в ненависть (Иоганн Вольфганг Гёте). Вчера мы говорили, что религиозные лидеры еврейского общества вели дело к казни Иисуса, руководствуясь завистью, по Гёте – пассивным чувством недовольства. А теперь мы видим, как пассивное чувство переходит в активное, а зависть трансформируется в ненависть, выражаясь в истерическом  вопле: «Распни Его, распни!» Психологи определяют ненависть, как чувство сильнейшей вражды. Для торможения развития ненависти ей противопоставляются нравственные убеждения, а также осознание неизбежности неприятных последствий. Но, как мы видим, религиозные вожди настолько обезумели в своей ненависти, что стали глухи к призывам рассудка и милосердия, и даже простой человечности. В своей ненависти они забыли всякую меру, правосудие, принципы религии, страх Божий и Самого Бога. Таким образом, их уже ничто не могло остановить. Удивительно, как созвучен Гёте другой афоризм о ненависти: «Ненависть, чаще всего — слабость зависти» (Леонид С. Сухоруков). И тот, и другой говорят о прямой связи зависти с ненавистью. Но в последнем случае подчеркивается, что ненависть – это слабость, а не сила: «Ненависть есть сила бессилия» продолжает Леонид С. Сухоруков — советский и украинский писатель, мастер афоризма. Ничто в этом мире не искажает так человеческое сознание, как ненависть. Позволив себе однажды ненавидеть, человек уже не может ни думать, ни видеть прямо, ни слышать без искажения. Ненависть ужасна тем, что она лишает человека здравого суждения. Страшная картина: ненависть превратила иудеев в обезумевшую толпу вопящих, неистовствующих фанатиков. Но начало ненависти положила зависть, не забывайте об этом. И, коль скоро мы привели уже несколько афоризмов, запомним еще один: «Зависть — признание себя побежденным» (Александр Скрябин).