Метка: Духовно-нравственная теология

«Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему» (Марка 9:23) «Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью» (Галатам 5:6)

Как следует из слов Иисуса, у веры нет границ, ибо «все возможно верующему». «Все» — это очень емкое слово. В него вмещаются все Ваши беды и заботы, Ваша болезнь и боль, Ваши дети и внуки, Ваши отцы и матери. Все, что казалось до этого момента невозможным, становится возможным, как только Вы сможете буквально поверить словам Иисуса. Но у веры, как следует из второго стиха, есть одно важное свойство, она действует любовью. В основе веры лежит любовь.

Бог – Любовь, действует Любовью, поэтому Ему ничто не мешает давать своим любимым, то есть нам с Вами, все нам необходимое и даже, как сказано: «несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем» (Ефесянам 3:20). Так действует любовь, направленная на нас! А как действует любовь, исходящая из нас? Хотите ли сделать что-то из любви к Богу? Можете ли Вы сказать: «Я хочу сделать несравненно больше всего, что Ты помышляешь, Отец, потому что я люблю Тебя».  О, это сильные слова. Нужно иметь мужество, чтобы их сказать. Но знаете, для тех, кто отважится сказать эти слова сегодня, в Библии уже приготовлен ответ: «Люби ближнего своего, в этом проявится твоя любовь к Богу», «ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1Иоанн 4:20,21)

Будем щедрыми на любовь, любите своих детей, родителей, братьев и сестер, любите людей. Будем щедрыми на проявления любви, любовь не слабость, а сила. Все возможно тому, кто любит!

У моей старшей дочери есть собака — йоркширский терьер. Зовут её Амели. У собак этой породы сложный характер. К тому же у Амели женское воспитание. Короче у нас с этой собачкой не было контакта. Прошедшим летом дочь с семьей поехали за рубеж в отпуск и оставили йорка нам. Надо уточнить, что Амели уже почтенного возраста, у нее слабые глазки, к тому же к ним привязался конъюнктивит. Но в этот раз мне удалось с самого начала правильно к ней относиться.

Я обратил внимание на то, как она повсюду ищет своих, стремится попасть в комнату, где перед отъездом с ней ночевала хозяйка. «Скучает, — подумал я, и я скучаю. Возьму-ка её на руки, поглажу, приласкаю, поскучаем вместе. А что у нее с глазками? Надо помогать. Капель никаких дочка не оставила. Чем мы глаза в детстве промывали? Крепким чаем? Давай помоем чаем». И так день за днем, вечер за вечером, пока дети не вернулись за ней.

Что Амели этим летом изменилась? Стала менее спесивой, больше стала отдавать тепла и собачьей ласки? Нет, она такая, как и была. Но моя любовь к дочери помогла мне посмотреть на ее собаку другими глазами, глазами любви.

Если бы я стал кричать на нее, а она стала бы прятаться от меня, поджавши хвост, понравилось бы это моей дочери? Нет, ведь она же её очень любит. А я люблю свою дочь, и это позволяет мне не обращать внимания на несовершенства её собаки, а наоборот помогает увидеть в Амели милое, смешное, беззащитное существо, требующее ухода и ласки. Заботясь о ней, я делал приятное своей дочке, хотя она была за тысячи километров от меня.

Начни я смотреть на эту собаку через призму плохого характера, то конечно увидел бы много негативного: и изо рта у нее воняет, и глупая она и старая, и неповоротливая. И это, в конце концов, могло бы распалить меня настолько, что я однажды врезал бы ей за что-нибудь. И по-обывательски это, можно было бы объяснить, но не с точки зрения законов Любви. И, слава Богу, что в этот раз мне удалось их не нарушить.