У одного пожилого христианина была неверующая жена. Чаще случается наоборот: жена приходит к Богу, а муж нет, — но всё бывает! И каждый день муж пытался привести жену к вере. Но та упорно стояла на своем. В отчаянии муж посетил старца Нестория и уговорил его прийти, чтобы переубедить упрямицу.
Рано утром, около пяти, старец пришел. Муж уже молился, стоя на коленях и громко произнося слова молитвы. Жена подметала двор. Несторий остановил её и сказал:
— Я слышал от твоего мужа, что ты не веришь и не молишься. Посмотри на своего мужа, только пять часов утра, а он уже беседует с Богом в молитве.
— Не помню, чтобы мой муж когда-нибудь молился, — ответила жена.
Муж краем уха услышал, что сказала жена и побагровел от ярости. Он пришел в бешенство и стал быстро произносить слова молитвы, чтобы скорее её окончить, выйти и разделаться с ложью жены.
Старец возразил женщине:
— Что ты говоришь? Смотри, как ревностно он молится!
Смеясь, та ответила:
— Трудно поверить, что вас убеждает этот шум, который мой муж производит! Конечно, он призывает имя Бога, но, насколько я знаю, на самом деле он не здесь, а в лавке башмачника и препирается с ним о цене!
Это было уж слишком! Муж больше не мог сдерживаться. Он перестал молиться и выбежал во двор.
— Что это за враньё?! — закричал он.
— Посмотри внутрь себя немного пристальнее, — спокойно ответила ему жена. — Действительно ли ты молился? Разве ты не торговался с башмачником? Разве ты с ним не ссорился?
Муж был озадачен, потому что жена говорила правду.
— Но как ты узнала?
— Вчера вечером, прежде чем лечь спать, ты сказал мне, что первым делом утром пойдёшь к башмачнику и купишь пару сапог, которые тебе очень нужны. Еще ты сказал, что считаешь цену башмачника неоправданно высокой. По своему опыту я знаю, что последняя мысль, когда ты засыпаешь, становится первой на следующее утро, — ответила жена.
— Мне ничего не остаётся сказать, — ответил ошарашенный муж, — потому что ты права. Я действительно мысленно был в лавке башмачника, и мы ссорились из-за цены. И чем горячей становился наш спор, тем громче я повторял слова молитвы. Ты права; может быть, я никогда по-настоящему не молился.
