Метка: Мужество

В том году в стране, где нашел приют Несторий, бушевала холера. В долинах, вдоль крупных рек, люди умирали тысячами в страшных мучениях. Несторий же жил со своими учениками в горах, где вода была чистой, и им ничего не грозило. Но однажды ранним утром ученики увидели, что Несторий собирается в дорогу. «Куда ты собираешься, учитель?» — поинтересовались ученики. «В долину, дети мои», — ответил Несторий. «Что тебе там делать, ведь там холера?» — «Я должен быть там, где люди больше всего нуждаются в молитве». — «Но ведь мы и так молимся о них день и ночь, Бог за нас, Он слышит наши молитвы и отвечает на них!» — спорили с Несторием ученики. «Да, Бог за нас, и Он дарует нам победы над силами зла. Но для того, чтобы побеждать, нам всегда нужно находить в себе мужество, брать свой меч и выходить на поле боя!» — сказал Несторий и, прекратив разговор, пошел в долину.

Дмитрий Питиримов

Однажды христианский священник посетил девочку, которая страдала от рака на колене. Он провел с ней время, молился вместе с ней, и на прощание девочка отвязала воздушный шарик от своей инвалидной коляски и протянула ему. На этом шарике было написано: «Ты лучше всех». Следующие несколько лет девочка боролась со своей болезнью. В результате, милостью Божьей болезнь отступила, и уже юная девушка вошла в кабинет к этому священнику. Они обнялись, и он протянул ей в подарок тот самый шарик с надписью: «Ты лучше всех». Так случилось, что мужество этой девочки помогало священнику все эти годы преодолевать сложности в его жизни и служении. Поэтому нельзя сказать, кто из них сделал больше другого.

Господь ценит каждого человека очень высоко. Ведь ради спасения грешного человечества умер Сын Божий на кресте. То есть, если спросить Бога о том, что Он думает о любом из нас, то мы обязательно услышим: «Я люблю тебя и очень заинтересован в спасении твоей души. Ты лучше всех»

Когда Чингис-хан завоевывал целые страны, люди выходили к нему навстречу и кланялись хану в ноги, моля о пощаде. И вот, говорят, на пути его орды встретился одинокий монастырь, где жило всего несколько монахов. Никто не вышел из монастыря кланяться Чигис-Хану. И это озадачило завоевателя.

Он приказал своим военачальникам войти в монастырь, узнать, кто там главный и привести этого человека к нему. Когда отряд прибыл в монастырь, один из военачальников спросил у монахов, кто в монастыре главный. Те отвечали:

— Старец живет здесь. Но вы вряд ли уговорите его, чтобы он отправился с вами к вашему царю.

— Глупости, — рассмеялся военачальник, — если на то есть воля Могущественного Хана, то никто не может противиться ей.

Отряд вломился в келью монаха. Военачальники увидели старика, стоявшего на коленях в молитве.

— Следуй за нами, — сказал один из военачальников. — Наш повелитель Могущественный Хан хочет видеть тебя.

— Никто в мире не заставит меня покинуть это место, — отвечал старец. — Если ваш хан хочет увидеть меня, пусть сам придет сюда.

Военачальники были настолько поражены повелительным и одновременно спокойным тоном ответа старца, что не решились применить силу. Вернувшись к Чингис-Хану, они сказали:

— Старик настолько высокомерен, что мы опасаемся, повелитель, что и с Вами он поступит точно так же.

— Тот, кто не оказывает мне должного почтения, — умрет! — сказал гордый хан. — Я иду к нему!

Когда Чингис-Хан прибыл к старцу, тот первым начал разговор:

— Итак, ты — Могущественный Хан? Но я думаю, что тот, кто называет себя могущественным, на самом деле не могущественен и не может быть таковым.

Эти слова привели Чингис-Хана в ярость.

— Старик, — закричал он, выхватив из ножен меч, — если ты не подчинишься мне, я убью тебя! Сейчас твоя голова покатится с плеч!

Старец, остававшийся совершенно спокойным, ответил:

— Ты можешь отрубить мою голову. Но тебе не дано убить меня. Когда ты увидишь мою голову падающей на землю, я тоже увижу ее падающей. Ведь я получил вечную жизнь от Того, Кто один Всемогущ.

После этих слов ярость Чингис-Хана сменилась почтением к этому человеку. Он так и не смог убить старца, и с тех пор не называл себя Чингис-Ханом, то есть Могущественным Ханом, а употреблял свое обычное имя — Темуджин.