Однажды Нестория посетил путешественник из далекой страны и с удивлением обнаружил, что жилище старца состоит лишь из одной комнаты, стол, лавка — вот и вся мебель. «Мудрейший, где твоя мебель?» — удивился странник. — «А где твоя?» — спросил Несторий. — «Моя? Но ведь я здесь проездом». — «И я тоже», — ответил Несторий.
Метка: Пастырская психология
Один молодой человек никак не мог найти свою избранницу. Одних девушек он считал некрасивыми, других – глупыми, третьих – неряшливыми. Устав от поисков, парень решил обратиться за советом к старцу Несторию. Внимательно выслушав молодого человека, старец спросил: «Скажи мне, как ты относишься к своей матери?» Тот был очень удивлён: «Причём здесь моя мать? Ну, не знаю… Она часто вызывает во мне раздражение своими глупыми вопросами, назойливой заботой, жалобами и просьбами». Старец помолчал, покачал головой и продолжил: «Жаль, не много хорошего ты можешь сказать о маме. Что ж, я открою тебе главный секрет любви. Семечко твоего благополучия в любви посадил очень важный человек в твоей жизни. Это — твоя мама. Ведь мама – это твоя первая любовь, она первая приняла тебя в свои заботливые объятия. Это твой первый образ женщины. Будешь любить и почитать свою маму, тогда увидишь, что однажды понравившаяся тебе девушка ответит на твоё внимание ласковым взором, нежной улыбкой и добрым словом. Наше отношение к родителям – мерило нашего будущего семейного счастья».
Многие люди почитали старца Нестория за пророка. Слава о его мудрости разнеслась по всей стране и за ее пределами. Но один из учеников, хотя и жил бок о бок со старцем, сомневался, что у Нестория есть дар провидения, и поэтому он решил испытать Нестория. Поймал он бабочку, меж сомкнутых ладоней посадил и направился к старцу. Идет и про себя думает: «Скажу ему, мол, какая бабочка в руках моих — мертвая или живая? Скажет, что живая, так я ее в кулаке сожму. Скажет, что мертвая, так я ее и выпущу». Подошел он к Несторию и говорит: «Люди считают, что тебе открыто сокрытое от глаз человеческих. Скажи, мертвую бабочку я тебе принес или живую?» Посмотрел на него старец, покачал головой и ответил: «Все в руках твоих!»
Однажды старец Несторий с учениками путешествовал по делам служения. На ночлег они остановились в большом караван-сарае. Вечером туда же прибыл пожилой торговец со своим молодым слугой. Очень усталый, он поскорее улегся спать. Слуга же, сняв поклажу с верблюда, не побеспокоился о нём, но оставил не привязанным на улице.
Утром верблюда не оказалось на месте: украли, а может быть, сам убежал. Хозяин спросил: «Где же наш верблюд?» — «Не знаю. Спросите у Бога, — ответил слуга. — Перед сном я помолился и попросил Его, чтобы Он позаботился о верблюде. Я тоже был уставшим, так что я не знаю, что случилось. На мне нет вины. Вы ведь всегда учили меня: «Доверяй Богу», — вот я и доверил Ему верблюда».
«Да, это правильно, нужно доверять Богу, — возмущенно ответил торговец. — Но ты должен был первый позаботиться о верблюде — ведь у Бога нет других рук, кроме человеческих. Верь в Бога, но привязывай верблюда на ночь».
Будучи свидетелями это разговора, ученики стали спорить между собой. Один сказал: «Лучший способ, самый простой и кратчайший — это делать все своими руками. Надо всегда делать лучшее, что мы можем». — «А как же доверие?» — не соглашались с ним другие ученики. — Тот ответил: «Делай то, что можешь, не увиливай от ответственности, а потом, независимо от того, что случится, доверяй Богу».
«А что ты думаешь об этом? Рассуди нас», — обратились ученики к старцу. И тогда Несторий поддержал первого ученика, говоря: «Очень просто утверждать, что доверяешь Богу, потакая своей лени и безалаберности. Так же просто, хотя и не легко, не доверять Богу и быть делателем. Третий путь сложен, — доверять Богу и быть делателем. Доверие помогает человеку не терять связь с Богом, а забота о верблюде поможет быть ответственным и жизнедеятельным».
Однажды в Дамаск для общения собрались христианские служители со всего Востока.
Среди них был один известный монах, который провел семь лет в пустыне, терпя изнурительные посты. Пищей ему служили стебли и коренья колючих кустарников, а питьем — собранные капли росы.
Другой служитель был известен тем, что ни в чем себе не отказывал. И там, в Дамаске он отдыхал, откинувшись на подушки, пока ученик отрезал ломтики дыни, макал их в сахарную пудру и подавал ему.
Ученик Нестория был поражен этим различием и задал старцу такой вопрос: «О наставник, что же предпочтительнее для Божьего служителя: сахарная дыня или коренья колючек?»
«Не суди, — покачивая головой и улыбаясь ответил Несторий, — но помни, что если, питаясь кореньями, ты находишься в присутствии Бога, то коренья становятся слаще, чем дыня. Если же пребываешь вне Бога, то и дыня в сахаре окажется горше корешков!»