Однажды в обители старца Нестория появился молодой человек. Он пришел издалека, никто не знал точно откуда, но по всему было видно, что он здесь чужой, грустит по своей родине и, возможно, по родному дому. Несторий не стал расспрашивать его ни о чем, а сам он не собирался о себе ничего рассказывать. Но однажды, когда юноша одиноко сидел во дворе обители, Несторий подошел к нему и сел рядом. Он спросил ученика: «Грустишь?» Тот молча утвердительно покачал головой, и глаза его наполнились слезами. «А знаешь почему ты грустишь? Хочешь, я скажу?», — продолжил Несторий. Ученик опять кивнул: «Быть грустным — это значит, всё время думать о самом себе, жалеть себя. Думай о других и ты не будешь грустить», — сказал Несторий и оставил юношу наедине с собой. Следующим утром новый ученик, встав раньше всех, нарубил дров, разжег огонь под очагом и согрел воду. С тех пор он все время трудился и всегда первым приходил на помощь к тем, кто в ней нуждался. А грусть? — Никто больше не видел его грустящим, с слезами на глазах.
Метка: Пастырская психология
Один верующий молодой человек оказался в незнакомой компании и, почему-то, стесняясь своей настоящий жизни, попал в смешную ситуацию. На вопрос, женат ли он, молодой человек, предполагая, что на этом расспросы закончатся, поддался соблазну немножко солгать: «Да, женат». — «А как зовут твою жену?» — спросили его снова. Юноше опять пришлось выкручиваться и он придумал имя.
«А дети у тебя есть?» — последовал ещё один вопрос. И так как юноша уже начал лгать, то никак не мог остановиться: «Есть». — «А сколько?»
Молодой человек почувствовал, что окончательно запутался. «Чем дальше в лес, тем больше дров», — вспомнилась ему поговорка. «Ну двое», — нерешительно ответил он. — «А как их зовут?» Вопросам собеседников, казалось, не будет конца.
Юноша не выдержал и ответил: «Одного ребёнка зовут Ложь, а другого — Неправда. Не женат я, не женат, ребята!»
«Господь сказал: если бы вы имели веру с зерно горчичное и сказали смоковнице сей: исторгнись и пересадись в море, то она послушалась бы вас» (Луки 17:6)
Иногда со стороны слышатся осторожные голоса: «Вы слишком многого хотите от Бога, и когда Он не даст Вам всего желаемого, то Вас постигнет разочарование». Да, мы учимся нисколько не сомневаться в помощи Бога, и каждый, лично претворять в жизнь то, к чему призываем других. Мы учимся говорить о вере, как о непобедимой силе, а она непобедима, если основывается на Всемогущем Боге. Да, мы призываем людей не произносить слова: «Моя вера слаба», но напротив, утверждать: «Мой Бог силен». Мы побуждаем друг друга концентрировать внимание на силе и могуществе Бога. Знаете, когда мы говорим о наших неудачах, мы становимся слабее; а когда говорим о Божьей силе, вера наша крепнет. Это закон, доказывающий свою непреложность снова и снова. И его знание дает нам уверенность: «Бог ответит, гора сдвинется, смоковница послушается, и мы не разочаруемся и не постыдимся, угождая Богу верой».
Мы говорим сомневающимся: «Вам не стоит сравнивать Бога с бюрократом, который с недовольным лицом выслушивает Вашу просьбу. Он любящий Отец, а мы Его дети, поэтому Господь является помощником в наших делах. Он всегда слышит молитвы и отвечает на них». Жаль, что наши оппоненты не хотят внимательно прислушиваться к доводам веры. Для них наши победы – это просто счастливые случайности!
А мы будем стоять в вере, понимая буквально каждое обетование, и потому однажды настанет день, когда мы будем предписывать Библейские обетования так, как доктор предписывает лекарства своему пациенту – по обетованию на каждую проблему.
Жил один человек. Был он немощен с детства. Не мог стоять, ходить и даже ложку в руках удержать. Лежал он целыми днями и раздумывал о своей тяжёлой доле. Вначале он молил Бога об исцелении, потом начал размышлять об избавлении от земных страданий, после даже с близкими говорить перестал. Лежал он так, больной и отчаявшийся, тридцать лет. Верно, и до самой смерти так бы он пролежал, но мать его совсем одряхлела и собралась умирать. И пожаловалась она на свою горькую долю старцу Несторию: «Умру ведь, некому будет за сыном моим ухаживать». Выслушал ее Несторий и пообещал на днях зайти, посмотреть, что он может сделать: «Только ты, — мол, — не предупреждай сына о моем приходе».
Спустя два дня, Несторий выждал, когда мать ушла из дома по делам и, войдя в дом, попросил сына напиться. «Не могу я дать тебе напиться, — отвечал тот, — я уже тридцать лет и шага ступить не могу». «Когда же пробовал ты сделать этот шаг? — спросил старец». — «Было это давным-давно, я уже и не упомню, когда». «Что же, — сказал путник, — я тебе помогу. Вот возьми посох волшебный и попить мне принеси».
Не помня себя от радости, человек слез с печи, взял в руки волшебный посох и… сделал один шаг, потом другой, третий. «Как мне отблагодарить тебя?!» — воскликнул человек. «И что за чудодейственная сила в посохе твоём?» — «Нет в нём ничего чудодейственного!» — отвечал старец. «Дал я тебе черенок от лопаты, который подобрал во дворе. А встал ты потому, что поверил и забыл о немощах. Поэтому и недуг свой победил». Благодарить же меня не надо. Ты лучше благодари Бога за силу и здоровье, которые Он тебе дал».
Однажды старец Несторий шел по дороге в Дамаск. Не доходя немного до города он утомился и решил передохнуть немного, подкрепившись едой, которая у него была с собой. Но только он, помолясь, собрался есть, как увидел путника, приближающегося к нему. — Приветствую тебя, почтенный. Не мог бы ты сказать, правильной ли дорогой я иду в Дамаск? Несторий ответил, что тот идёт верной дорогой. — Скажи мне, — продолжил путник, — каковы люди Дамаска? — Что ж, — ответил Несторий, — расскажи мне, откуда ты пришёл и какие люди там живут, а я расскажу тебе о людях в Дамаске. — Я из Багдада, где живут очень дружелюбные люди. — Слава Богу, мой друг, — сказал Несторий, — Люди Дамаска точно такие же. Путник отправился своей дорогой, а Несторий, наконец, приступил к своему обеду. Едва он закончил, как увидел еще одного путника, идущего к нему. — Старик, правильной ли дорогой я иду в Дамаск? Несторий подтвердил, что дорога верна. Иди прямо. Это большой город, ты не сможешь пройти мимо него. — Скажи мне, спросил путник — каковы люди, живущие в Дамаске? — Что ж, — улыбнулся Несторий, — скажи мне, откуда ты и какие люди там живут, а я расскажу тебе о жителях Дамаска. — Я из Багдада, — ответил путник, — где живут скупые и недружелюбные люди. — Мне жаль разочаровывать тебя, мой друг, — произнес Несторий, — но жители Дамаска точно такие же.