Сатана атаковал моего ребенка. Но моя вера взяла верх!

Мы с Каролин сидели на последнем утреннем служении, когда внезапно послышался крик за аудиторией. Он был похож на крик ребёнка. Я даже не подумал в тот момент, что это мог быть один из моих детей. Наши дети были очень малы в то время. Джерри Энн ещё было около двух лет, а Терри — всего лишь около восьми месяцев.

Я был так увлечен проповедью брата Коупленда, что мне даже на ум не пришло, что это мог быть мой ребенок. Крик становился все ближе и ближе. Вдруг распахнулась дверь, и воспитатель вбежала и закричала: «Брат Джерри! Брат Джерри!» Я обернулся и посмотрел — у нее на руках была Терри, моя младшая дочь.

Терри орала не своим голосом, я увидел, что и воспитатель и Терри были в крови. Я не понял, что произошло, в аудиторию ворвался страх. Всю неделю брат Коупленд проповедовал о вере, и необходима была лишь одна ситуация, чтобы на всех пришел страх.

Я поднялся и пошел навстречу воспитателю, она передала Терри мне.
Я увидел, как кровь струилась с кончиков ее пальцев, но я еще не знал, что же произошло. Воспитатель объяснила мне, что, в то время как Терри ползала по детской, ее пальчики попали прямо под кресло-качалку, а воспитатель креслом полностью отрезал ей пальцы.

Когда я осознал, что два пальца моего ребенка отрезаны у первого сустава, страх попытался взять верх. Это же мой ребенок!

Она кричала от боли. Кровь лилась с ее маленьких пальчиков, словно вода из-под крана.
Вдруг я понял, что сейчас все увидят, во что же на самом деле верит Джерри Савелл. Мы говорим: «Аминь! Аллилуйя! Слава Богу!» — когда все у нас хорошо, но сейчас мы увидим, во что верим на самом деле, когда трагедия наносит удар. Мы увидим, во что верит собрание. Сейчас увидим, верит ли всему тому, о чем проповедует, сам Кеннет Коупленд.

Я повернулся и посмотрел на сцену, где стоял брат Коупленд. Он не сказал ни слова. Он видел, как в церкви нарастала паника.

Никогда не забуду, какие мысли возникли у меня тогда: «Если его действия разойдутся с тем, о чем он проповедовал в те недели, значит, он во все это не верит». У нас появилась возможность увидеть, во что же он верит. Никогда не забуду того, что сделал он. Он сошёл со сцены, подошел к нам с Каролин и к ребенку, взял ее маленькие пальчики, положил на них свои руки и тихо произнес: «Во имя Иисуса я приказываю кровотечению остановиться и боли прекратиться». Он не кричал и не повышал голоса. Не паниковал.

Затем он взошел на платформу и продолжил: «Давайте вернемся к Марка 4». Он продолжал учить. Мгновенно ребенок перестал плакать, кровь остановилась, тут же дочь положила свою голову мне на плечо, закрыла глаза и уснула.

Я вышел из аудитории в уборную смыть кровь с пальчиков. Я увидел, как ее пальцы были отрезаны прямо у первого сустава. Пока я обмывал пальцы, страх попытался взять верх снова. Это же мой ребенок. Вы можете представить, что все это произошло с восьмимесячным ребенком?

Я стал молиться на языках, и чем больше это делал, замечал, что страх покидает меня, а его сменяет вера. В одной руке я держал ребенка, а другой листал Библию и нашел Марка 11:23. Этот стих имел для меня особую ценность, и я сказал: «Иисус, Ты говоришь, что если я скажу что-то и поверю в это в моем сердце и не усомнюсь, то это сбудется. Я буду иметь все, что скажу».

Затем я открыл Второзаконие 28 и нашел слова благословения Авраама: «Благословен плод чрева твоего». И я сказал: «Иисус, эта маленькая девочка — плод моего чрева. Я провозглашаю во имя Иисуса, чтобы Бог восстановил пальчики моего ребенка».
Я положил Библию и написал на обороте: «Бог восстановит пальцы моего ребенка»». Поставил дату и подпись в доказательство того, что моя вера действует.
Когда я все это проделывал, в двери кто-то постучал. Я сказал: «Входите». Это была воспитатель. Она вошла и сказала: «Брат Джерри, я убирала в детской и нашла это на полу». Она передала мне пальчики моего ребенка.

Когда она положила два маленьких пальчика на мою ладонь, вновь страх попытался взять верх надо мной. И я сделал так, как это делал ранее. Я начал молиться на языках, страх ушел, а его сменила вера. Я вознес эти пальчики к Богу и сказал: «Во имя Иисуса, как говорится в Марка 11:23 и во Второзаконии 28, Господь, исцелил пальчики моего ребенка». Я положил пальчики в салфетку и затем в карман рубахи. Я вернулся в аудиторию и сел на свое место. Ребенок спал на моих руках и не чувствовал боли. Как только служение закончилось, некоторые люди подходили ко мне и говорили: «Бог сделал так, чтобы научить тебя чему-то, брат Джерри, но мы не знаем, зачем Он отрезал пальцы ребёнку, а знаем только, что это только во славу Ему».

Я думал: «Какая дерзость! Я постою за своего ребенка. Вы слышали, как брат Коупленд говорил… и вы говорите. что Бог сделал это одному из Своих детей?» И тут я ответил «Не принимаю этого».

Брат Коупленд сошел со сцены и сказал:
— Джерри, я знаю, что ты доверяешь Богу, и твоя вера победит. И ты получишь по вере, но я советую тебе отвезти ее к врачу, поскольку ее пальчики не могут оставаться с открытой раной. Отвези ее сейчас к врачу, пусть он посмотрит. Не знаю, что тебе скажут, но так оставлять пальцы нельзя это не повредит твоей вере, если ты ее отвезешь к врачу. Необходим врач.
— Хорошо.

Врач, как профессионал, поделился своим мнением: Все, что можно сделать, — привить кожу. Я возьму немного кожи с бедра и покрою им пальцы. Они не вырастут. У неё просто будет две маленькие шишки на концах пальцев. Они никогда не станут обычными, нормальными пальцами».
Мы смотрели, как пальцы нашего ребенка бросили в банку, чтобы выбросить.

Я сказал:
— Благодарю вас, знаю, что вы понимаете, о чем говорите. Однако я верю, что Бог восстановит пальцы моего ребенка.
Он думал, что у меня шоковое состояние, поскольку я все повторял: «Бог восстановит пальцы моего ребенка». Врач вышел к Каролин и сказал:
— Я попытался рассказать вам, но вижу, что ваш муж меня не совсем понял. С медицинской точки зрения невозможно вернуть нормальное состояние пальцам вашего ребенка.
— Мы понимаем, о чем вы говорите. Но вы не понимаете, что у нас есть вера в Бога и мы верим, что Бог восстановит пальцы нашего ребенка, — ответила Каролин.
— Медицина здесь не поможет, — настаивал врач.
— Вы делайте то, что можете сделать. Делайте прививание кожи. Мы принимает то, чем может помочь медицина. Но не принимаем того, что пальцы нашего ребенка не будут восстановлены.
— Начинайте и делайте прививание кожи, а Бог завершит то, что вы начали, — сказал я.

Брат Коупленд спросил меня о том. что произошло, и я рассказал. Он подал мне свои руки в согласие того, что Господь восстановит пальцы моего ребенка.

На следующее утро мы забрали ребенка домой, и врач напомнил нам: «Вчера, когда вы приехали, травма подействовала на вас шокирующее, но я хочу еще раз напомнить вам, что медицина здесь бессильна».

Уже прошло четыре недели после происшедшего, и мы полностью погружены в Слово Божье. Мы не включали телевизор. Нас не интересовало, что происходит в мире. У нас была та ситуация, которая требовала безраздельного внимания. Мы не желали, чтобы наш ребенок рос без двух пальцев.

Когда мы привезли дочь снова к врачу, он был доволен тем, как привилась кожа. Все выглядело хорошо, однако он сказал: « Позвольте мне напомнить вам: эти пальцы уже никогда не будут такими, как были. У девочки навсегда останутся эти пальцы маленькими».

Через неделю мы снова повезли ребенка в больницу, и, когда доктор Вол снял повязку, он сказал:
— Поразительно. Похоже, пальцы растут. Но они никогда не станут нормальными, на них не будет ногтей.
— Нет. Господь восстановит пальцы нашего ребенка, — возразила Каролин.
— Покажите ее через неделю.

На следующее утро мы снова повезли ребенка к врачу, как и договаривались. Он снял повязки и, прежде чем я и Каролин смогли что-то сказать, врач проговорил, подняв руки вверх: «О, Боже!»
Я посмотрел на пальчики своей дочери и сказал: «Но не ваш Бог. Мой Бог! Мой Бог восстановил пальцы нашего ребенка!»
Бог вернул ребенку нормальные пальцы. Они были обычной длины и имели ногти на концах.
Этот человек не мог поверить в такое. Он был специалистом высшего класса по пластической хирургии в штате Луизиана. Чудо было задокументировано. Бог восстановил пальцы.
Нельзя было бы догадаться, что эти пальцы были отрезаны, если бы не два небольших шрама под ногтями. Я думаю, что Бог оставил эти шрамы до сегодняшнего дня как символ моего завета с Ним. Каждый раз, когда сатана говорил: «Нет, не возможно, это невозможно», я спрашиваю Терри: «Можно занять твои пальчики?»
Она показывала мне свои пальчики, и я говорил: «Сатана, посмотри на это. Что скажешь? Не убегай. Ты начинал это. Посмотри, что Бог сделал, и, если Он сделал то, что было невозможным, Он сможет так сделать снова!»

#ДжерриСавелл