К смерти или не к смерти

«Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, согрешающему не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился. Всякая неправда есть грех; но есть грех не к смерти. Мы знаем, что всякий, рожденный от Бога, не грешит; но рожденный от Бога хранит себя, и лукавый не прикасается к нему» (1Иоанн 5:16-18)

Что такое грех к смерти? Мы уже говорили о том, что грех от греха отличается. Есть грехи, совершенные по неопытности, незрелости, невольно или не сознательно. Человек мог согрешить под влиянием отчаяния, непреодолимого порыва или сильного чувства, когда его воля не была способна совладать со страстями. Такие грехи по древней иудейской традиции относились к грехам по неведению. С другой стороны, есть грехи, совершаемые намеренно, когда человек открыто выбирает путь и образ своей жизни, хотя и знает, чего хочет от него Бог.

Жертвоприношения в Храме могли очистить от грехов первой категории, намеренные же грехи надменного человека нельзя было искупить жертвоприношением. Об этом же пишет и автор Послания к Евреям: «Иисус Христос принес Себя в совершенную жертву за грехи людей. И если человек раскаивается, то эта жертва действует совершенно. Однако — Ибо если мы, получив познание истины, произвольно грешим, то не остается более жертвы за грехи» (Евреям 10:26).

Всем известно, что, когда человек осознает свой грех впервые, он исполнен страха и содрогания, а потом испытывает сожаление, угрызения совести и огорчение. Но если он будет вновь и вновь заигрывать с искушением и грехопадением, то с каждым разом грешить будет все проще и проще, угрызения совести и чувство отвращения к себе с каждым разом становятся все слабее и слабее, и в конце концов он грешит без малейшего угрызения совести.

Именно такой грех ведет к смерти. Пока человек в сердце своем ненавидит грех и ненавидит себя, когда грешит, пока он знает, что грешит, он еще не потерял возможность получить прощение; но когда он начинает получать от греха только удовольствие и грешить намеренно, он находится на пути к смерти, потому что скоро вовсе не будет или не сможет раскаиваться.

Никогда не говори «никогда»

«Если кто согрешит и сделает что-нибудь против заповедей Господних, чего не надлежало делать, и по неведению сделается виновным и понесет на себе грех, пусть принесет к священнику в жертву повинности овна без порока, по оценке твоей, и загладит священник проступок его, в чем он преступил по неведению, и прощено будет ему. Это жертва повинности, он провинился пред Господом» (Левит 5:17-19)

В нашем городе происходит много хороших преобразований. Одно из них заключается в том, что на больших автодорогах теперь есть автобусные полосы. По идее это должно упорядочивать движение автотранспорта. Но есть одна проблема. Поскольку для автобусов выделены крайние справа полосы, на них повсеместно паркуются автомобили, что сужает полосу и мешает движению по ним. Особенно много машин паркуется в местах, где есть кафе и другие популярные заведения.

Ну так вот, мы едем с внуком на обед и ищем место для парковки возле кафе. Около одной из них, которое как раз нам подходит, стоит много машин, и есть место для нашей. Но проблема в том, что все они стоят на автобусной полосе. У нас достаточно времени, и мы не стеснены обстоятельствами, поэтому я сказал внуку: «Мы не будем парковаться на автобусной полосе, мы же не дикари какие-то». Мы проехали немного дальше, припарковались на тихой улочке и пешком пришли в кафе. То есть мы сделали все правильно. Но я все равно чувствовал необходимость что-то еще сказать внуку по поводу этой ситуации. И, разобравшись в себе, вот, что я сказал ему: «А знаешь, сейчас я мог позволить себе поступить правильно, и чувствую себя праведником. Но истина такова, что, будь я в стесненных обстоятельствах, я бы мог бросить машину и посреди дороги, не то, что на автобусной полосе». Я сейчас уже не буду говорить о том, что подал внуку пример фарисейства, гордясь своей праведностью, и в осуждении назвав других автовладельцев дикарями, хотя это тоже грех.

Но вернемся к основной мысли. Всем, я думаю, знакомо такое слово «приспичить». Мы ведь все стараемся справлять свои естественные нужды, соблюдая приличия. Ну а если сильно приспичит? …

В другой раз, когда я сделал что-то для того же моего внука, кажется купил что-то, я сказал ему: «Мне ничего не жаль для тебя, потому что я тебя люблю». И тут же резанула мысль: «Это сегодня тебе не жаль, но, не дай Бог, конечно, что могут возникнуть обстоятельства, когда ты пожмотишь что-то для него. Разве не так?» Да это так! Поэтому мы должны признать, что человек может совершить тот или иной поступок, когда его «приспичит» под влиянием отчаяния, непреодолимого порыва или сильного чувства, когда воля человека не способна будет совладать с его страстями. Древние иудеи признавали это, относя такие поступки к грехам по неведению. И нет ни одного из нас, кто бы часто не совершал грехи по неведению той или иной тяжести, с оглаской или без. Часто мы даже не замечаем этих грехов у себя или не осознаем, что грешим. Но когда мы судим людей других за их грехи по неведению, то уподобляемся тем, кто привел на суд к Иисусу женщину, взятую в прелюбодеянии (см. 8 главу Евангелия от Иоанна 3-11).

Пример Сима и Иафета

«И увидел Хам, отец Ханаана, наготу отца своего, и выйдя рассказал двум братьям своим. Сим же и Иафет взяли одежду и, положив ее на плечи свои, пошли задом и покрыли наготу отца своего; лица их были обращены назад, и они не видали наготы отца своего» (Бытие 9:22,23)

Размышления о моем отношении к пожилой собаке привели меня к еще более широким обобщениям. Жизнь собак проходит быстро. Мы берем в дом милого, веселого щенка, от которого приятно пахнет. Но относительно скоро рядом нами оказывается старое неповоротливое существо, которое требует наших забот. Но ведь это та же самая собака, и в том, что она изменилась, нет никакой её вины!

Мы все стареем. Когда мы еще дети, наши родители сильные, красивые и влиятельные. Но когда мы становимся взрослыми, наши родители становятся старыми. Меняется их внешний облик и поведение. Кому-то повезет, и он сохранит разум, а кого-то поразит деменция. Кто-то примет смерть, оставаясь на ногах, а кому-то потребуется всесторонний уход.

И здесь нас постигает ошибка: мы не принимаем старость наших родителей и хотим, чтобы они оставались такими же, как и были, но это невозможно! И вместо того, чтобы отрицать очевидность их старения, Любовь должна принять решение терпеливо, ведь любовь все переносит, пройти с ними до конца путь их жизни без огорчения, не разрушив отношений.

Что для этого нужно? Нужно изменить взгляд. Не сосредотачиваться на том, как старость обезображивает любимого, родного человека и не скорбеть о том, как уходят его силы, как меняется его характер и поведение, — а с любовью смотреть на то, что еще нам остается, даже, если это просто голос или звук дыхания.

Я пишу о моментах очень тяжелых испытаний, кто-то уже прошел их, кому-то еще предстоит пройти через старость родителей, а кому-то повезет дожить до старости со своим супругом или супругой. И в этом нам поможет пример Сима и Иафета. Они, в отличие от Хама не стали сосредотачиваться на немощи своего отца, не стали рассматривать его наготу, не стали обсуждать это с соседями, но незамедлительно, покрыли наготу своего отца. Именно так мы и должны поступать, ведь «любовь все покрывает».