Христианская психология, притчи и духовные размышления

«Пилат отвечал: разве я Иудей? Твой народ и первосвященники предали Тебя мне; что Ты сделал?» (Иоан.18:35)

Поведение Пилата во время следствия заслуживает особого внимания. Очевидно, Пилат знал, что обвинения синедриона против Иисуса были ложными. К тому же Иисус произвел на Пилата сильное впечатление, и он не хотел осуждать Его. Но все же более глубоко мы сможем понять слова и поступки Пилата, если узнаем немного больше о том, в каких условиях он нес свою службу. Все римские провинции делились на два класса. Те, в которых полагалось держать войска, были под прямым контролем императора и считались имперскими провинциями, а те, в которых не полагалось держать войска, считались мирными и спокойными провинциями под контролем сената и назывались сенатскими.   Палестина была неспокойной, мятежной страной. Она нуждалась в войсках и, следовательно, была под контролем и управлением императора. Самые крупные провинции управлялись проконсулом или легатом, и такой была Сирия. Меньшие провинции того же класса управлялись прокураторами. Пилат был назначен прокуратором Палестины в 26 г. и прослужил до 35 года. Надобно полагать, что он показал себя неплохим администратором в прошлом, однако на должности прокуратора, Пилат оказался неудачливым. История свидетельствует, по крайней мере, о трех случаях, когда пренебрежение религиозными традициями и обычаями народа со стороны Пилата, сильно навредили его карьере. Он не понимал евреев, и в какой-то степени считал себя их жертвой. Он как бы сказал Иисусу: «Разве я похож на этих людей, у которых цари берутся необъяснимо откуда? Я могу понять тебя, они и меня бы растерзали, если бы могли, скажи, что ты им сделал?» Итак, Пилат в какой-то мере считал себя союзником Иисуса и даже хотел помочь Ему, но духовный смысл происходящего был для него полностью недоступен, поэтому Пилат был бессилен. Отсюда вывод: мы не должны наивно думать, что в безбожном мире у нас есть союзники. Безусловно, Бог может использовать кого-то, чтобы послать нам на помощь, но без понимания духовного смысла, никто не может влиять на события, истоки которых лежат в духовном мире.

«Тогда Пилат опять вошел в преторию, и призвал Иисуса, и сказал Ему: Ты Царь Иудейский? Иисус отвечал ему: от себя ли ты говоришь это, или другие сказали тебе о Мне?» (Иоан.18:33,34)

Мы уже обратили внимание на то, что религиозные лидеры евреев исполняли все детали церемониального закона с тщательной осторожностью. В то же самое время они, переступая совесть и закон,  ослепленные своей предвзятостью, гнали Сына Божьего на Крест. К сожалению, многие христиане заботятся о самых незначительных мелочах религии, а Божий закон любви и прощения нарушают ежедневно. «Есть церкви, в которых правила ухода за облачениями, утварью и мебелью, церемонии и ритуалы исполняются самым тщательным образом, но в которых дух любви и общения бросается в глаза только своим отсутствием. Самое печальное явление в мире то, что человеческий разум может терять способность отдавать первое место главному».  Как упоминалось ранее, синедрион обвинил Иисуса в богохульстве (см. Мат. 26:65). Но они прекрасно знали, что Пилат не примет во внимание такое обвинение. Так что Пилату они сказали, что Иисус виновен в подготовке мятежа и политического восстания: Он, якобы, выдает себя за царя и собирается захватить политическую власть. Пилат понимал, что это ложное обвинение, у него было достаточно надежной агентуры, и он прекрасно знал обстановку на вверенной ему территории. Но, тем не менее, Пилат   спросил Иисуса:  «Ты Царь Иудейский?» Иисус сказал ему в ответ два слова: «su legeis» — «ты говоришь». И это не было ответом, это был вопрос Пилату: «Это ты спрашиваешь, или просто повторяешь то, что они говорят? Ты спрашиваешь, а готов ли ты услышать истину?». Часто, читая Библию или молясь, мы уже настроены на получение ответов по определенной религиозной модели, предвзято, и на основе своих предубеждений. Но если вы хотите услышать истину, задавайте вопросы, исходящие из вашего сердца, а не просто повторяйте чьи-то слова. И будьте готовы к тому, что ответ от Бога может отличаться от того, что говорят люди.

«Пилат сказал им: возьмите Его вы, и по закону вашему судите Его. Иудеи сказали ему: нам не позволено предавать смерти никого, — да сбудется слово Иисусово, которое сказал Он, давая разуметь, какою смертью Он умрет» (Иоан.18:31,32)

Мы помним, что в дни жизни Иисуса на земле, евреи были в подчинении у Рима. Римляне давали им немало свободы управления, но они не имели права приводить в исполнение смертный приговор. Так называемое право меча (иус гладии) принадлежало Риму. Верно, что иногда,  например, в случае со Стефаном, иудеи производили самосуд, но по закону они не имели права никого казнить. По этой причине они были вынуждены привести Иисуса к Пилату, прежде чем распять Его.   Если бы сами иудеи имели право казнить преступников, они бы побили Иисуса камнями. Закон гласит: «И хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его все общество» (Лев. 24:16). В таких случаях свидетели, словом которых подтвердилось преступление, имели право бросать камни первыми. «Рука свидетелей должна быть на нем прежде всех, чтоб убить его, потом рука народа» (Втор. 17:7). Таков смысл стиха, в котором говорится: «Да сбудется слово Иисусово, которое сказал Он, давая разуметь, какою смертью Он умрет» (Иоан. 18:32). Он сказал также, что когда Он будет вознесен, то есть, распят, всех привлечет к Себе (Иоан. 12:32). Во исполнение этого пророчества, Иисус должен был быть распят, а не побит камнями. И, потому что римский закон не позволял иудеям казнить преступников, Иисус должен был умереть по-римски, потому что Он должен был быть вознесен. От начала и до конца религиозные лидеры евреев пытались использовать Пилата в своих целях. Они не могли сами убить Иисуса, и потому решили, чтобы римляне убили Его для них. Отношение религиозных лидеров Израиля к Иисусу  это яркий пример предвзятости. Очень важно понять, что они не просили суда у Понтия Пилата и не искали справедливого приговора. Все, что им было нужно,  это смерть Иисуса. Будем помнить, предвзятость  это решение, принятое прежде рассмотрения всех сторон дела. Таким образом, предвзятость это почти всегда – враг истины.

«От Каиафы повели Иисуса в преторию. Было утро; и они не вошли в преторию, чтобы не оскверниться, но чтобы [можно было] есть пасху. Пилат вышел к ним и сказал: в чем вы обвиняете Человека Сего? Они сказали ему в ответ: если бы Он не был злодей, мы не предали бы Его тебе»  (Иоан.18:28-30)

Рано поутру в пятницу Иисуса привели к Понтию Пилату – римскому прокуратору (наместнику) Иудеи, Самарии и Идумеи. Было решено, что суд состоится перед преторием, пристроенным к крепости Антония, где Пилат и его жена останавливались при посещениях Иерусалима. Публичное дознание проводилось снаружи, на ступенях, которые вели к главному входу. Это была уступка иудеям: в этот день приготовления к Пасхе они отказывались входить в языческие здания, что осквернило бы их. Хотя иудеев ничуть не смущало то, что целью их заговора было узаконенное убийство Иисуса, они продолжали скрупулезно соблюдать всё, что касалось установленных религиозных традиций. На совете иудеи обвинили Иисуса в богохульстве, в оскорблении Бога (см. Мар.14:64, Матф.26:65). Но на суд Пилата они привели Его уже не с тем обвинением, потому что хорошо знали, что Пилат не захочет разбираться в религиозных спорах. Они привели Иисуса к Понтию Пилату, обвинив Его в том, что Он развращает народ, запрещая людям платить подать кесарю и называя Себя Христом Царем (см. Лук. 23:2). Иудеи должны были выдвинуть против Иисуса политическое обвинение, чтобы Пилат вообще стал слушать их. В одном из псалмов есть такие слова: «Всякий день извращают слова мои; все помышления их обо мне — на зло: собираются, притаиваются, наблюдают за моими пятами, чтобы уловить душу мою» (Пс.55:6,7). Это была точно ситуация, в которой находился Иисус. Дело было не в том, что Он говорил что-то неправильное, это очевидно. А в том, что правду, содержащуюся в Его словах, извращали, чтобы сознательно придать ей вид неправды. Обратите внимание на свое поведение. Нет ли у вас привычки, извращать чьи-либо слова, для достижения своей цели? Если есть, то это грех, могущий привести любого человека к очень плачевным результатам: «Неужели они избегнут воздаяния за неправду [свою]?» (Пс.55:8).

«Анна послал Его связанного к первосвященнику Каиафе. Симон же Петр стоял и грелся. Тут сказали ему: не из учеников ли Его и ты? Он отрекся и сказал: нет. Один из рабов первосвященнических, родственник тому, которому Петр отсек ухо, говорит: не я ли видел тебя с Ним в саду? Петр опять отрекся; и тотчас запел петух» (Иоан.18:24-27)

Итак, суд синедриона, как уже упоминалось выше, состоялся в доме Каиафы. А все события происходили с Петром во дворе дома Анны на Масличной горе, так как петушиный крик, заставивший Петра осознать, что он несколько раз отрёкся от Иисуса, является свидетельством того, что всё это происходило за пределами Иерусалима, поскольку закон запрещал держать домашнюю птицу в черте города. Пётр стоял, сокрушённый чувством вины, с тяжестью на сердце. И тут двери дворца открылись, и стражники провели Иисуса, которого они вели к Каиафе. Этот момент позволил Петру взглянуть в глаза своего Учителя. После этого Петр вышел со двора Анны в слезах (ср. Лук.22:61,62). А пока Петр все еще остается там, в доме Анны. Когда служанка отошла, Петр мог ожидать, что вот-вот его схватят и отведут туда же, где Иисус, но ничего подобного не случилось. Вместо этого узнавшая его женщина опять появилась, ей видимо показалось занятным, что Петр шарахается от нее, и служанка стала указывать на него другим людям, находившимся во дворе. Не сказано, что кто-то обратил на Петра внимание из-за слов той женщины в этот раз, но он еще больше испугался и опять отрекся. Однако, услышав его голос, на него все же обратили внимание окружающие. Они заметили, что Петр говорит с акцентом,  распространенном в Галилее, возможно, они тоже потешались над ним, но нигде не сказано, что эти люди проявили по отношению к Петру агрессивность. Тем не менее, Петр, чье сознание было парализовано страхом, уже вряд ли мог здраво оценивать ситуацию, и потому опять отрекся (ср. Мар.14:69-71). Помните, страх всегда заставляет нас смотреть на людей предвзято. Если вы смотрите на человека, через призму страха, то вы наверняка уведете в нем врага.