Клевета

В одной деревне был староста — хороший семьянин и честный человек. Одна женщина решила отомстить ему за то, что тот, как ей показалось, не верно рассудил ее с соседкой. И вот она распустила слух, что староста изменяет своей жене. Слух обошел всю деревню, дошел до старосты, и тот тяжело заболел от переживаний. Тогда вдруг стало клеветнице стыдно. Пришла она к старцу Несторию за советом, мол, как мне свою вину загладить? Старец отвечает: «Возьми пуховую подушку, распори её и высыпь весь пух из подушки по ветру». Делать нечего, сделала, что ей было сказано. Приходит потом к старцу и спрашивает: «Дальше что делать?» Он отвечает: «Теперь собери весь пух, обратно в подушку, а потом попроси у старосты прощения».

Клевету обратно не собрать, вы поняли? Поэтому не клевещите и вообще, старайтесь не говорить никакой неправды, какой бы безобидной и даже сладкой она вам ни казалась.

О пороках характера

Рассказывают, как один художник рисовал картину, изображающую Тайную Вечерю. Это была большая картина, и художник потратил на нее много лет. Моделью для Христа послужил молодой человек с прекрасным и чистым лицом. Постепенно картина заполнялась, и были нарисованы все ученики, кроме Иуды. Художник долго искал и, наконец, нашел человека с крайне порочным и развращенным лицом, которое, как ему казалось, наиболее подходило для Иуды. Когда сеансы были закончены, и Иуда обрел свое лицо, человек этот сказал художнику: «А ведь ты меня уже писал раньше. Я был моделью, когда ты рисовал Христа». Когда Иисус призвал Иуду, сердце этого человека было наполнено светлыми идеалами. Но со временем пороки его характера взяли верх над добром, и Иуда стал исполнителем дел дьявола. В примере Иуды есть тревожное предупреждение для всякого человека, следующего за Иисусом: чтобы дьявол не мог одержать над нами победу, нам следует бороться с пороками своего характера.

Однажды к Богу пришла женщина

Однажды к Богу пришла женщина. Ее спина была согнута под тяжестью большого мешка.

— Ты устала, женщина? — заботливо сказал Господь. — Сними свою ношу с плеч, присядь, отдохни.

— Спасибо, я ненадолго, — отказалась женщина, — только попрошу — и сразу назад! А то вдруг за это время уже что-нибудь случилось? Никогда себе этого не прощу!

— Что ты не готова себе простить?

— Если с моим ребенком что-нибудь стрясется. Я как раз и пришла, чтобы попросить Тебя: Господи, спаси и сохрани его!

— Я только этим и занимаюсь, — серьезно сказал Господь. — Разве я дал тебе повод усомниться в моей заботе?

— Нет, но… В этой жизни столько всяких опасностей, плохого влияния, крутых поворотов! А у него возраст такой все хочется попробовать, повсюду влезть, во всем как-то самоутвердиться. Я очень боюсь, что его занесет на повороте, он ушибется, и ему будет больно.

— Что ж, в следующий раз он будет осторожнее, потому что на своей шкуре узнает, что такое боль, — ответил Господь. — Это очень хороший опыт! Почему ты не хочешь дать ему научиться?

— Потому что хочу избавить его от боли! — горячо воскликнула мать.
— Ты видишь, я всегда ношу с собой мешок соломы, чтобы подстелить ее там, где он может упасть.

— И теперь хочешь, чтобы я обложил его соломой со всех сторон? Хорошо. Смотри же!

И Господь мигом сотворил целый ворох соломы и бросил его в мир. Она кольцом легла вокруг сына той женщины, отгородив его от всех опасностей, от всех соблазнов и искушений, а заодно и от жизни. Женщина видела, как ее сын пытается пробраться сквозь солому, но тщетно. Сын метался, пробовал разорвать соломенное кольцо, впадал то в отчаяние, то в ярость. А в конце концов достал откуда-то спички и поджег солому. Взметнулось пламя, и всю картину мгновенно затянуло дымом. — Сынок! — закричала женщина.

— Сынок, я иду на помощь!

— Хочешь подбросить в костер еще соломы? — спросил Господь.
— Имей в виду: чем больше соломы подстилают родители, тем сильнее желание прорваться сквозь нее любой ценой. Если же это не удастся, человек может и вовсе начать прожигать жизнь. Ведь он не знает, что такое боль, и что такое свобода выбора – тоже… Ты думаешь, что это мешок соломы, но на самом деле это мешок проблем. В нем находятся все ужасы, которые тебе чудятся, все опасения, которые в тебе живут, все страхи, которыми ты наполнена. Все, о чем ты думаешь и тревожишься, набирает силу и разрастается, потому что ты даешь этому энергию. Поэтому твоя ноша столь обременительна, а твоя спина так устала…

— Выходит, я не должна заботиться о сыне?! И это говоришь мне Ты, Господи?

— Заботиться — сколько угодно. Но вот беспокоиться ты не должна. Ведь я-то тоже о нем забочусь. Позволь и мне делать мое дело. Просто не мешай мне! Но это, как я понимаю, вопрос веры…

Источник