К смерти или не к смерти

«Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, согрешающему не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился. Всякая неправда есть грех; но есть грех не к смерти. Мы знаем, что всякий, рожденный от Бога, не грешит; но рожденный от Бога хранит себя, и лукавый не прикасается к нему» (1Иоанн 5:16-18)

Что такое грех к смерти? Мы уже говорили о том, что грех от греха отличается. Есть грехи, совершенные по неопытности, незрелости, невольно или не сознательно. Человек мог согрешить под влиянием отчаяния, непреодолимого порыва или сильного чувства, когда его воля не была способна совладать со страстями. Такие грехи по древней иудейской традиции относились к грехам по неведению. С другой стороны, есть грехи, совершаемые намеренно, когда человек открыто выбирает путь и образ своей жизни, хотя и знает, чего хочет от него Бог.

Жертвоприношения в Храме могли очистить от грехов первой категории, намеренные же грехи надменного человека нельзя было искупить жертвоприношением. Об этом же пишет и автор Послания к Евреям: «Иисус Христос принес Себя в совершенную жертву за грехи людей. И если человек раскаивается, то эта жертва действует совершенно. Однако — Ибо если мы, получив познание истины, произвольно грешим, то не остается более жертвы за грехи» (Евреям 10:26).

Всем известно, что, когда человек осознает свой грех впервые, он исполнен страха и содрогания, а потом испытывает сожаление, угрызения совести и огорчение. Но если он будет вновь и вновь заигрывать с искушением и грехопадением, то с каждым разом грешить будет все проще и проще, угрызения совести и чувство отвращения к себе с каждым разом становятся все слабее и слабее, и в конце концов он грешит без малейшего угрызения совести.

Именно такой грех ведет к смерти. Пока человек в сердце своем ненавидит грех и ненавидит себя, когда грешит, пока он знает, что грешит, он еще не потерял возможность получить прощение; но когда он начинает получать от греха только удовольствие и грешить намеренно, он находится на пути к смерти, потому что скоро вовсе не будет или не сможет раскаиваться.

Никогда не говори «никогда»

«Если кто согрешит и сделает что-нибудь против заповедей Господних, чего не надлежало делать, и по неведению сделается виновным и понесет на себе грех, пусть принесет к священнику в жертву повинности овна без порока, по оценке твоей, и загладит священник проступок его, в чем он преступил по неведению, и прощено будет ему. Это жертва повинности, он провинился пред Господом» (Левит 5:17-19)

В нашем городе происходит много хороших преобразований. Одно из них заключается в том, что на больших автодорогах теперь есть автобусные полосы. По идее это должно упорядочивать движение автотранспорта. Но есть одна проблема. Поскольку для автобусов выделены крайние справа полосы, на них повсеместно паркуются автомобили, что сужает полосу и мешает движению по ним. Особенно много машин паркуется в местах, где есть кафе и другие популярные заведения.

Ну так вот, мы едем с внуком на обед и ищем место для парковки возле кафе. Около одной из них, которое как раз нам подходит, стоит много машин, и есть место для нашей. Но проблема в том, что все они стоят на автобусной полосе. У нас достаточно времени, и мы не стеснены обстоятельствами, поэтому я сказал внуку: «Мы не будем парковаться на автобусной полосе, мы же не дикари какие-то». Мы проехали немного дальше, припарковались на тихой улочке и пешком пришли в кафе. То есть мы сделали все правильно. Но я все равно чувствовал необходимость что-то еще сказать внуку по поводу этой ситуации. И, разобравшись в себе, вот, что я сказал ему: «А знаешь, сейчас я мог позволить себе поступить правильно, и чувствую себя праведником. Но истина такова, что, будь я в стесненных обстоятельствах, я бы мог бросить машину и посреди дороги, не то, что на автобусной полосе». Я сейчас уже не буду говорить о том, что подал внуку пример фарисейства, гордясь своей праведностью, и в осуждении назвав других автовладельцев дикарями, хотя это тоже грех.

Но вернемся к основной мысли. Всем, я думаю, знакомо такое слово «приспичить». Мы ведь все стараемся справлять свои естественные нужды, соблюдая приличия. Ну а если сильно приспичит? …

В другой раз, когда я сделал что-то для того же моего внука, кажется купил что-то, я сказал ему: «Мне ничего не жаль для тебя, потому что я тебя люблю». И тут же резанула мысль: «Это сегодня тебе не жаль, но, не дай Бог, конечно, что могут возникнуть обстоятельства, когда ты пожмотишь что-то для него. Разве не так?» Да это так! Поэтому мы должны признать, что человек может совершить тот или иной поступок, когда его «приспичит» под влиянием отчаяния, непреодолимого порыва или сильного чувства, когда воля человека не способна будет совладать с его страстями. Древние иудеи признавали это, относя такие поступки к грехам по неведению. И нет ни одного из нас, кто бы часто не совершал грехи по неведению той или иной тяжести, с оглаской или без. Часто мы даже не замечаем этих грехов у себя или не осознаем, что грешим. Но когда мы судим людей других за их грехи по неведению, то уподобляемся тем, кто привел на суд к Иисусу женщину, взятую в прелюбодеянии (см. 8 главу Евангелия от Иоанна 3-11).

О насилии на религиозной почве

«… а после всех явился и мне, как некоему извергу. Ибо я наименьший из Апостолов, и недостоин называться Апостолом, потому что гнал церковь Божию» (1Коринфянам 15:8,9)

Ссора с Варнавой и вспышка гнева Павла может показаться читателю довольно безобидными проявлениями отрицательных черт его характера. Но когда склонность к конфликтам фарисея Савла, воспалялась его религиозным фанатизмом, он был действительно опасной личностью. Где в это время обитал его грех? Он по-прежнему обитал в его характере, но еще в большей степени находился в религиозных воззрениях этого человека, стереотипах его мышления, воспринятых Савлом из фарисейской среды, частью которой он являлся. Савл принадлежал к религиозному движению фарисеев, ревностно стремясь получить одобрение и признание единоверцев. Это толкало его на совершение преступлений против людей другой религиозной группы.

Насилие на религиозной почве часто включает борьбу за власть, за политические и социальные привилегии, а также за культурное и экономическое превосходство. В мире постоянно действуют, ни на минуту не прекращаясь, конфликты христиан с евреями, мусульман с христианами, мусульман с буддистами, католиков с протестантами, шиитов с суннитами. Религиозными по своей первопричине являются такие масштабные вооруженные конфликты, как: война в Северной Ирландии, югославские войны, геноцид в Руанде, гражданские войны в Ираке, Сомали, Сирии и в Йемене. А нам необходимо твердо помнить, что характерным признаком здорового христианства является объединение его членов узами братства и любви, а также миролюбие по отношению к внешним. И каждый раз, когда христиане участвуют в вооруженных конфликтах, возбуждаемые религиозной враждой, христианство терпит поражение. Религиозные войны, погромы и этнические чистки несовместимое с жизнью и учением Иисуса.

О характере

«Ты положил беззакония наши пред Тобою и тайное наше пред светом лица Твоего» (Псалом 89:8)

Из того, что Библия повествует нам об апостоле Павле, мы узнаем, что он был конфликтной личностью. В силу определенных черт своего характера и под влиянием внешних факторов, он не раз становился инициатором конфликтных ситуаций, а также обладал свойством вовлекать в конфликт других людей. Например, в книге Деяния апостолов, хорошо описана ссора между Павлом и Варнавой, приведшая даже к тому, что им, двум миссионерам, посланным Самим Святым Духом (см. Деяния 13:4) пришлось расстаться: «Варнава хотел взять с собой и Иоанна Марка. Но Павел не соглашался брать человека, который бросил их в Памфилии и отказался участвовать в их трудах. Вспыхнула ссора, и они расстались. Варнава взял с собой Марка, и они отплыли на Кипр, а Павел избрал себе в спутники Силу» (Деяния 15:36-40). Примечателен также случай, когда Павел при всех присутствовавших отчитал Петра за то, что тот «язычников принуждал жить по-иудейски» (см. Галатам 2:11-14). Другой яркий пример проявления гневливости Павла таков: «Случилось, что, когда мы шли в молитвенный дом, встретилась нам одна служанка, одержимая духом прорицательным … Идя за Павлом и за нами, она кричала, говоря: сии человеки — рабы Бога Всевышнего, которые возвещают нам путь спасения. Это она делала много дней. Павел, вознегодовав, обратился и сказал духу: именем Иисуса Христа повелеваю тебе выйти из нее» (Деяния 16:16-18). По сути, та женщина не делала ничего предосудительного и даже, более того, дух прорицательный говорил правильные вещи, и единственная его вина была в том, что он раздражал Павла. Не исключено, что таких случаев в жизни Павла было намного больше, и после каждого проявления несдержанности, гнева, Павел каялся, повторяя: «Не могу понять своих поступков. Чего хочу, того не делаю, а то, что мне ненавистно, делаю. Бедный я человек!» (Римлянам 7:15,24).

На примере апостола Павла мы можем увидеть, что характер человека часто является причиной поведения, которое Слово Божие через Павла осуждает, называя злом. Где же в этом случае живет грех? Он живет в свойствах души, определяющих наше поведение и взаимодействие с окружающими. Именно совокупность этих свойств называется характером человека. Не секрет, что многие хранят пороки своего характера «в тайне» даже от самого себя. Другие говорят: «Ну что поделать? Такой у меня характер!» А что, честно пред Богом, можете сказать о своем характере вы?

О преднамеренном зле

«но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих» (Римлянам 7:23)

В классической литературе содержатся блестящие и подробно описанные примеры людей, которые перед совершением преступления были способны мыслить лишь о нем. Например, у Достоевского — это Раскольников, у Фолкнера — Минк Сноупс. Возможно ли, что в период написания Послания к Римской церкви Павел был столь же одержим разрушительными мыслями? Правды ради, надо сказать, что в его жизни были моменты, когда страсти очень сильно перехлестывали через край. Например, он пишет о себе: «Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию, и опустошал ее» (Галатам 1:13). Или вот еще: «… я многих святых заключал в темницы, и, когда убивали их, я подавал на то голос; и по всем синагогам я многократно мучил их и принуждал хулить Иисуса и, в чрезмерной против них ярости, преследовал даже и в чужих городах» (Деяния 26:10,11). Обратите внимание, он сам в своей самооценке признается, что находился в деструктивном душевном состоянии: «чрезмерной ярости». Без сомнения, человек, находящийся в ярости, уже грешит. И все то зло, которое Савл совершал против церкви, было полностью преднамеренным.

С призванием Павла на апостольское служение, ход его мыслей, безусловно, переменился. Теперь он все с той же страстью, присущей его характеру, устремился к достижению целей, о которых узнал от Господа Иисуса. Если это так, тогда, что он имеет в виду, все еще называя себя «пленником закона греховного»? Об этом мы поговорим завтра. А сегодня запомним, что искренне религиозные люди, не живущие по истине Евангелия Иисуса Христа, даже в своем искреннем стремлении угодить Богу, могут совершать преднамеренные преступления против Бога и людей.