Однажды ученики Нестория спорили о том, какая разница между нуждами и похотями. Будучи неспособными найти удовлетворяющий их ответ, они обратились за разъяснениями к старцу.

Выслушав их, тот ответил так: «Нужды могут быть удовлетворены, но похоти — не могут. Нужды просты, они исходят из природы. Похоти очень сложны, они не исходят из природы. Нужды приходят вместе с ходом времени: если вы голодны, это нужда, и она должна быть удовлетворена, и она может быть удовлетворена, с этим нет никаких проблем. Если вы жаждете, вы жаждете здесь и сейчас, и вы должны искать воду. Это должно быть удовлетворено — так как нужно для жизни. Но похоти не похожи на это. Они — как горизонт, который вы видите: он кажется совсем близким, где-то там, где земля встречается с небом. Он так хорошо виден! Вы можете туда идти! Но вы можете идти туда вечно, а расстояние будет оставаться все тем же: всегда где-то впереди земля будет встречаться с небом. Горизонт отодвигается вперед, а расстояние между вами и ним остается всегда одним и тем же. Если вы желаете десять тысяч денариев, вы когда-нибудь можете их получить, но ко времени, когда вы их получите, похоть уйдет вперед на девяносто тысяч денариев. Когда у вас есть одна тысяча денариев, похоть попросит десять тысяч. Когда у вас есть десять тысяч, похоть попросит сто тысяч.

Нужды просты, они могут быть удовлетворены. Вы чувствуете голод — и едите, вы чувствуете жажду — и пьете, вы чувствуете усталость — и ложитесь спать. Похоти же очень хитры и сложны. Люди бывают опустошенными но не из-за нужд, но из-за похотей. Многим больше нравится оставаться голодным, но стремиться к горизонту. Им хотелось бы отменить нужды, чтобы вся энергия направлялась на похоти, но в конце они обнаруживают, что похоть не удовлетворена, а так как нуждами они пренебрегали, в конце их жизнь разваливается».

Два раба

За свою долгую жизнь старец Несторий видел много правителей, плохих и хороших. Вот во времена хорошего правителя в обитель старца Нестория был послан важный вельможа с поручением. Он спросил старца: «Мудрейший! Не терпишь ли ты какой-нибудь нужды? Есть ли у тебя достойная одежда? Хватает ли еды?»

Несторий ответил: «Как же я могу испытывать в чем-нибудь недостаток, если я сам владею двумя рабами, которые, в свою очередь, управляют всеми правящими на земле государями?»

Вельможа удивился: «Кто же эти два раба, которые, судя по твоим словам, управляют и нашим государем?» — «Эти два раба — гнев и желание, — ответил Несторий, — истинный властелин лишь тот, кто держит их в узде, помня о том, что солнце с небес светит не только для правителей и их вельмож, но и для всех прочих людей».

Красный свет

Мать позвала детей обедать, но они увлеклись игрой в железную дорогу. «Дети, идите обедать! Дети, вы слышите? Идите обедать! Вы когда-нибудь придёте или нет?!»

Наконец мать не выдержала и пошла в детскую комнату. Кто-то из детей поднял голову от игры и сказал: «Мама, трудно остановиться, когда поезд уже отправился». — «Сынок, а для этого есть красный свет», — ответила ему мать и остановила игру.

Бремена

В одной персидской притче рассказывается о путнике, который с великим трудом брел по бесконечной дороге. Тяжелый мешок с песком висел у него за спиной, туловище обвивал толстый бурдюк с водой, а в каждой руке он нес по огромному камню. Железные цепи, к которым были прикованы тяжелые гири, обвивались вокруг его ног. На голове, балансируя, он удерживал подгнившую тыкву. С громкими стонами он продвигался шаг за шагом вперед, звеня цепями, оплакивая свою горькую судьбу и жалуясь на сильную усталость. Тут ему повстречался крестьянин работавший на поле:

— О, усталый путник, зачем ты несешь в руках эти камни? — спросил он.

— Действительно, глупо, — ответил путник, — но я до сих пор их как-то не замечал.

Сказав это, путник отшвырнул камни и сразу почувствовал облегчение.

Вскоре ему повстречался другой крестьянин:

— Скажи, усталый путник, зачем ты мучаешься с гнилой тыквой на голове и тащишь за собой на цепи такие тяжелые железные гири? — поинтересовался он.

— Я очень рад, что ты обратил на это мое внимание.

Сбросив с себя цепи, он швырнул тыкву в придорожную канаву так, что та развалилась на части. И вновь почувствовал облегчение.

Но все же его страдание не прекратилось. Еще один крестьянин, возвращавшийся с поля, с удивлением посмотрел на путника:

— Зачем тебе такой большой бурдюк с водой? Посмотри, рядом с тобой течет чистая река, и путь твой лежит вдоль ее русла!

— Спасибо, добрый человек, только теперь я заметил, что тащу с собой ненужную вещь.

Путник открыл бурдюк, и тухлая вода вылилась на песок. На песок!? Задумавшись, человек стоял и смотрел себе под ноги. И тут он подумал: зачем я несу в мешке за спиной песок, когда его так много вокруг? Путник понял, что из-за этого мешка он шел сгорбившись. Он сбросил с себя мешок и швырнул далеко в реку. Свободный от бремени, человек тот продолжил свой путь в вечерней прохладе.